В пыльном помещении, где пахло травами, лекарствами, тухлыми яйцами и больными людьми, из-за чего это место можно было принять за заброшенную аптеку, вовсю кипела уборка, или, если точнее сказать, последние приготовления. Человек, что здесь жил, а его звали Юниан, был хорошим врачом, пожалуй, лучшим в Тейне. А если называть вещи своими именами, он был Мастером, одним из тех немногих, чье мастерство превосходит мыслимые границы возможного. Но ему от этого было не радостно. По обычаю, как Мастер, он получил в наследство этот дом и короткий наказ отца найти Продавца Времени. И если бы старик не написал точный адрес и имя нужного человека, Юниан подумал бы, что папаша выжил из ума.
Продавцы – красивая легенда, как он думал до того дня, пока не посетил Время. Там же, у него, он встретил еще одного, того, который должен был постучаться в его дверь сегодня. Того звали Иадин, и о нём Юниан знал только, что этот юноша в цветном плаще тоже Продавец, но выяснить, зачем придет Иадин к нему в этот день, он не удосужился. В любом случае Юниан планировал прострелить себе голову еще до прихода нежеланного гостя. «Заодно проверим, насколько безошибочно Время знает ход событий», – подумал он, заталкивая патроны в револьвер.
– Привет, Юни, – раздался звонкий юношеский голос.
Юниан улыбнулся и нажал на курок, но, к его удивлению, произошла осечка. Он открыл сомкнувшиеся за мгновение до этого события глаза и обнаружил перед собой молодого человека в цветном плаще.
– Иадин… Не ждал тебя увидеть… еще раз.
– Не ждал, но знал, что я приду. Хотя искренне надеялся нарушить ход времени. Ты не первый, кто пытается изменить течение истории. Я не прекращаю работать в этом направлении.
– Но ведь это невозможно.
– Время не знает того, что произойдет. Он может лишь предполагать, поскольку ему открыты не сами события, а замысел Основателя. Даже не замысел, а его часть. Впрочем, и тебе открыта некая доля знаний. Почему ты решил уйти из этого мира?
– Понимание пришло ко мне недавно, я же всего лишь часть целого, в отличие от тебя. Я открыл в себе такое количество голосов… моих и чужих одновременно. Ну а вместе с пониманием сути вещей… то, что я не человек, а кусок вечности… и что вечность имеет свой конец.
– Я тоже всего лишь часть. И общего замысла тоже знать не могу. В наших силах лишь бороться, друг мой.
– Но ты не осколок некогда целого. Послушай, Иадин, зачем ты пришел? Мне сейчас непросто осознавать бессмысленность всего, что я когда-либо делал. Все вокруг меня оказалось лишь большим театром лжецов. Мой отец, мой дед… Они все делали одно и то же, изо дня в день, от войны к войне. И все закончилось на мне.
– Еще не закончилось. Юни, ты не знаешь некоторых вещей о нас. О себе. И о тех из нас, кто по тем или иным причинам оказался затерян в этом мире.
– О чем ты говоришь?
– О своем старом друге, которого хочу вновь увидеть. И поэтому у меня к тебе есть просьба.
– Какой прок с нее? Мир летит к своему концу, и ни я, ни ты, даже вместе со всеми твоими собратьями, не можем ничего сделать. Какая разница, увидишь ты своего друга или нет?
Юноша нахмурился и потер подбородок.
– Нам нужно поговорить, как я вижу, – произнес он.
– О чем, Иадин? Или как прикажешь тебя называть? – с вызовом спросил Юниан.
– О том, чего ты не можешь понять. На тебя свалилось много информации. Ты не можешь ее упорядочить и потому растерян.
– Стой.
– Нет, ты хочешь ответов, и заслуженно. Ты невероятный Мастер своего дела, и когда твой отец умирал, он поведал тебе историю о Хранителе Творце, который так увлекся созданием этого мира, что стал его частью. Чтобы изменить первооснову, он стал морским течением, вольным ветром и жарким пламенем, чтобы довести все до совершенства. Когда дело было закончено и в мир пришли люди, он стал жить среди них в обличье человека. Но став человеком, он принял и условность смерти. Не имея возможности покинуть нуждающийся в нем мир, он воплотился в своих потомках, которых позднее стали называть Мастерами.
Оказалось, что ты не только Юниан, гениальный врач, но ты и настоящий Хранитель. В самом деле можно сказать, что этот мир придуман тобой. Но ты самостоятельная личность, с надеждами, переживаниями. Примириться с тем, что ты часть чего-то большего, очень непросто.
– Да, отец говорил – мы части целого.
– Часть чего-то прекрасного! Но ведь и все мы – части одного целого и необъяснимого. Значит, о том, что было когда-то, нет нужды переживать.
– И все равно мне интересно! Опиши, каким я был, когда не был рассеян по всей земле в личностях Мастеров?
– Я не могу. Когда я в последний раз был рядом с истинным тобой, не было этого мира. Был только… Он.
– Кто Он?
– Сосуд, если изъясняться понятными словами. Чаша. Океан. Называй, как хочешь. В нем есть все, что было, и все, что будет. А я – один из тех, кто должен вечно хранить его. Равно, каким был когда-то и ты.
– Но почему все идет к концу? Вы не справились?
