– Да. И ты был прав. Теперь я тоже вроде бы… мертва. Определенно мертва.
Тинар внимательно посмотрел на свою спутницу. Она была как никогда серьезна, но в ее глазах горел огонек удовлетворенной мести. Смерть словно тихонько поцеловала ее тремя пулями – принцесса была трижды поцарапана выстрелами противника. Поразмыслив, Тинар произнес:
– Знаешь что, я не хочу это слушать. Ты в любой момент можешь всадить пулю мне в спину, и я не хочу лишний раз рисковать. Думаю, что колдовство может вполне свершиться и без нашего с тобой совместного путешествия. Я найду, куда отправиться, а ты иди своим путем. Встретимся, когда будем готовы пожениться. Думаю, дождь вскоре прекратится, ну и там… Там будет все, как надо.
– Пока, Тин.
– До встречи, Эф.
Он ушел первым, не оборачиваясь. В душе у него все кипело. Он негодовал, но при этом, не отдавая себе в том отчета, восторгался решимостью и твердостью характера Эфьи.
Она некоторое время повременила, дождалась, пока он покинет подземелье. Затем подошла к убийце своего отца, который бездыханно лежал на ступенях. Его настигла пулеметная очередь Тинара – все тело было нашпиговано огромными пулями. Его руки были испачканы в крови, видимо, он умер не сразу и безнадежно пытался остановить кровотечение. Его глаза были открыты, словно он пытался что-то уловить в последние мгновения жизни, узнать, удалось ли его друзьям одолеть врага или нет. Никакого удовольствия или даже удовлетворения принцесса не ощущала. Лишь пустоту в своем сердце, которую никому было уже не заполнить.
Эфья постояла еще немного, а затем развернулась и отправилась вслед за Тинаром. Она, в отличие от него, была уверена, что колдовство не сработает, разойдись они по разным сторонам. Но… Эфья не хотела себе в этом признаваться, но сейчас она хотела, чтобы он был рядом.
– Добрый господин, подайте монетку, если не затруднит! – Тинар почувствовал толчок плечом и оглянулся назад, чтобы увидеть, кто шел ему навстречу. Перед ним стоял маленький, неприметный на вид старик в шляпе и круглых черных очках. Он выглядел бедно, но прилично, был аккуратно выбрит, потрепанный костюм выглядел скорее старым и ухоженным, чем костюмом бездомного.
– Ты слепой? – спросил наследник, приглядываясь к движениям своего собеседника, пытаясь понять, не дурят ли его. Впрочем, проверить содержимое своего кармана оказалось гораздо белее эффективной мерой.
– Слепее слепого, добрый господин. Киньте монетку, не обидьте старика.
– Я тебе кину две монетки, а ты вернешь мой кошелек, договорились?
– Какой кошелек, господин?
– Тот, что был у меня в кармане минуту назад. Или ты хочешь, чтобы я позвал полицию? Я не слишком хочу этого делать, но ты не оставляешь мне выбора.
– Хорошо, мелкий плут, раскусил старика. Держи свой кошелек, – сказал бродяга, снимая очки. На Тинара уставилась пара маленьких хитрых глаз, в углах которых залегли глубокие морщины. – Да я тебя знаю, забери меня Пыль! – воскликнул неожиданно прозревший вор.
– А ты знаешь, как метко я стреляю? – вкрадчиво спросил Тинар.
– Эй, парень, стой. Обознался я. Но знай, мое мнение, а тебя должно интересовать мнение простого человека вроде меня: то, что ты сбежал – поступок для бабы.
– Ты о чем вообще, дед?
– Меня зовут Хонс. Для своих Чпок, но ты меня так не называй. Отойдемте за угол, ваше высочество, и поговорим, если вам угодно.
– Ты не из пугливых, такое в лицо наследнику Тейна говорить… Чпок.
– Имя у меня есть! Хонс меня звать, так и называй. Пойдем.
Старик напялил очки и принялся стучать палкой по брусчатке. Тинар невольно подумал, насколько лаконично рядом с ним выглядел бы Поводырь, который делал только один удар, прежде чем сделать новый шаг. Оглянувшись по сторонам и надвинув на глаза шляпу, Тинар взял Хонса под руку, словно помогая тому идти, и отпустил только в сырой подворотне, когда они наконец добрались до ветхого козырька, чтобы укрыться от мелкой мороси.
– И как ты меня узнал? – поинтересовался наследник.
– Да уж, ты спокойно ходишь по улицам, и твой народ тебя не узнает. Это ведь твой брат раньше общался с нами, простыми людьми, так сказать. Собственно, единственный раз, когда я тебя видел, так это в тот злополучный день. Я, как обычно, пришел чем поживиться на площадь. Знаешь, в толпе зевак полным-полно карманов, таких… правильных карманов. Но там случилось это несчастье. Я твое лицо тогда навсегда запомнил. Я думал, ты тогда всю толпу расстреляешь, такое у тебя было лицо. Ты пацан сопливый был, а я, ветеран нескольких кампаний твоего отца, в тот момент испугался тебя.
– Ты хотел мне что-то сказать, разве нет? – спросил Тинар, желая побыстрее закончить неприятный для него разговор.
– Так сказать, я все к тому и веду. Я знаю, кто убил твоего брата, ну банду, понимаешь?
– Я тоже. «Белая дюжина» она называется.
