Сначала Ожье подумала, что Кассандра заблудилась и завела их не туда – не в какую-нибудь кают-компанию или каюту для непрошеных гостей, но в рубку корабля! Ожье ожидала приглушенного красного света, а рубка оказалась залитой ярким белым сиянием. Никаких мигающих дисплеев, аварийных сигналов – белые стены с уже виденной золотой вязью. В центре пол вспучивался, образуя грибообразный стол без швов и острых углов, вокруг – такие же выросшие из пола грибообразные кресла. Они казались рыхлыми, пористыми как губка – скорее игрушки из кукольного домика, чем настоящая мебель. Но на них уверенно восседали шестеро прогров, глядящих друг на друга над столь же пористым, непрочным на вид столом. Все они казались расслабленными, очень спокойными. Один поставил локоть на стол, ладонью подпер подбородок. Женщина – хотя с виду совсем ребенок – прижимала ладони ко лбу, будто погрузившись в медитацию. Четверо остальных держали руки на коленях и казались вялыми, словно ожидали своего хода в медленной, скучной салонной игре. Веки у всех были опущены, у некоторых глаза закрыты полностью. Над серединой стола вилось плотное, непрерывно меняющееся облако сверкающих машин, и его края касались всех шестерых.
– Тунгуска, можешь уделить нам немного времени для разговора? – спросила Кассандра.
Прогр, упершийся локтем в стол, – большой чернокожий мужчина – чуть повернул голову к пришедшим. Округлое лицо, длинные черные с проседью волосы собраны в косицу на затылке. Глаза усталые, веки тяжелые, набрякшие.
– Касси, для тебя у меня всегда найдется время, – медленно проговорил он очень низким, грудным голосом.
– Тунгуска тактический планировщик, – представила Кассандра. – А еще мой друг и союзник с очень давних времен.
– Я и не знала, что Полисы сохранили такие пережитки, как дружба, – проворчала Ожье.
– Ты знаешь о нас куда меньше, чем тебе кажется, – огрызнулась Кассандра и обратилась к Тунгуске: – Наших гостей одолевает любопытство. Не мог бы ты ввести их в курс дела?
– Посмотрим, что тут можно сделать…
Тунгуска повернулся к стене, резко взмахнул рукой, и часть белой поверхности стала черной. Из этой мглы выплыли сферы и эллипсы – схема Солнечной системы в плоскости эклиптики. Она увеличилась в масштабе, изобразила систему лишь до орбиты Марса. Его самого символизировал непропорционально большой красный шар, сопровождаемый уцелевшим Деймосом и светящимся пятном на месте Фобоса.
– Коллапс квазичервоточины уничтожил все в радиусе нескольких десятков километров от спутника, – произнес Тунгуска размеренно и певуче, словно читая молитву. – Тем не менее вблизи Марса сохраняется высокая концентрация кораблей. Мы отслеживаем по крайней мере двести отчетливых выхлопов.
– Чьи это корабли? – спросила Ожье.
– Всех, кто мог и хотел укрепиться во внутренней части системы. Около семидесяти процентов воюющих – различные фракции Полисов. Двадцать процентов – корабли СШБВ, остальные – не союзные с первыми двумя стороны. Например, лунные сепаратисты и им подобные.
По мере того как Тунгуска рассказывал, на экране вспыхивали символы и эмблемы, густо заполняя пространство вблизи Красной планеты. Разобраться в их мешанине было почти невозможно.
– С Фобоса кто-нибудь выбрался живым? – спросила Ожье.
– Мы отслеживаем несколько медленно движущихся судов. Кажется, они покинули Фобос до того, как началась массированная атака.
– Тебя интересует кто-то конкретно? – спросила Кассандра.
– У меня была там подруга… Я не слишком хорошо ее узнала, но хочется верить, что она улетела вовремя.
– Боюсь, ничем не могу порадовать, – произнесла Кассандра, но, заглянув в лицо Ожье, поспешно добавила: – Однако кажется вполне вероятным, что часть людей…
– Думаю, она успела, – сказал Тунгуска.
– Да, наверное, – рассеянно поддакнула Ожье.
Чего сейчас не хватало, так это пустых утешений. Оставалось лишь надеяться, что Маурия села на один из тех медленных кораблей.
– Не могли бы вы дать мне ясный и простой ответ на следующий вопрос: кто выигрывает?
– Если ты не против, – сказал Тунгуска Кассандре, – я бы занялся работой. А то ответ на этот вопрос окажется для нас не слишком приятным. – Затем он добавил, обращаясь к Ожье и Флойду: – Приятно было познакомиться. Надеюсь, вы оба вернетесь домой живыми и здоровыми.
Он отвернулся и закрыл глаза.
– Я отвечу на ваш вопрос, – сказала Кассандра. – Чаша весов пока еще не склонилась ни на чью сторону. Если бы конфликт возник лишь между силами прогров и ретров, исход был бы очевиден. Победили бы Полисы – по крайней мере, в окрестностях Марса. Но умеренные прогры заключили союз с СШБВ. Пока это уравнивает силы сторон.
– Будем надеяться, что обе стороны это поймут и прекратят воевать, – сказала Ожье.
До того неподвижный, молча смотревший на экран Флойд кивнул. Кассандра покачала головой:
– Не стоит обманывать себя. Умеренные вывели все силы во внутреннюю часть системы. У агрессивных еще хватает резервов. И эти резервы идут сюда на полной тяге.
