– Думали, так просто отделаетесь? – спросил Гоша у поникших ребят. – Обделаетесь вы просто, а не отделаетесь.
– Куда вы нас везёте? – спросил зажатый двумя мужчинами с обеих сторон Руслан.
– Скоро узнаешь, – сказал водитель.
Даша сидела на коленях у одного из бандитов, также на заднем сиденье. Тот нежно гладил её волосы. Девушка была сильно напугана.
Бандит, приглаживающий её волосы, сказал:
– Будешь вести себя правильно, никто тебя не обидит. А если совсем будешь умницей, то новый телефон тебе куплю. Самый модный. Хочешь модный телефон?
Девушка ничего не ответила.
– Дашку не трогайте только, – сказал Руслан то, что и должен был сказать.
– Ты заманал! – повысил голос бандит за рулём. – Если захотим, то трогать будем всех! Ты брата моего оскорбил, понимаешь? Тебе сейчас о шкуре своей надо заботиться!
Они заехали в какую-то лесополосу и остановились вдали от дороги. Дашу и Руслана с силой вытащили из машины.
– Ребята, может не надо? – аккуратно попросил Руслан.
– Поздно, – злобно сказал Гоша, открыв багажник автомобиля. Оттуда он вытащил лопату. – Копай!
Дождь не переставал накрапывать, а Руслану было по-настоящему страшно. Он понимал, что если с двумя пьяными подростками он справился относительно без труда, то трёх взрослых мужиков и Гошу ему не одолеть.
Один из бандитов сунул руки в карманы своей кожаной, блестящей от дождя, расстёгнутой куртке, обнажив рыжую кобуру с пистолетом. Серебренников испугался ещё сильнее.
– Тебе сказали копать, а ты не копаешь, – сказал, закуривая, брат Гоши. – Яма сама себя не выкопает.
– Гоша, прости меня, пожалуйста, – попросил Руслан. Дыхание спёрло, голос стал дрожать. Он даже не понял, как лопата оказалась у него в руках.
Брат Гоши посмотрел в глаза Серебренникову и с угрозой в голосе спросил:
– Ты думаешь, мы шутим?
– Не так прощения просят, – сказал Гоша, доставая самый современный мобильный телефон и включая видеозапись.
– На колени! – приказал брат Гоши.
Руслан, отодвинув в сторону лопату, послушно опустился на колени: сначала на одно, потом на второе, почувствовав, как влага проникает сквозь джинсовую ткань. Всё это Гоша снимал на телефон.
– Теперь извиняйся, – приказал Гоша.
– Прости меня, – сказал Руслан.
Кажется, по его щёкам текли слёзы. Или это дождь усилился. Голос дрожал, дрожали и руки. Голова была пуста от мыслей. Может быть, он сильнее боялся за Дашу, чем за себя – кто знает, что у этих уродов в головах.
– Громче! – скомандовал брат Гоши.
– Простите меня, пожалуйста! – вновь попросил Руслан.
– Целуй ботинок, – сказал Гоша.
Он вытащил засосавшуюся в грязь ногу, протянув её в кадр снимаемого видео прямо перед носом Руслана.
– Целуй давай! – крикнул Гоша.
– Может, не надо? – попросил Серебренников.
– Не, он меня щас выведет! – распалился злобой брат Гоши.
– Целуй давай, низменность ничтожная! – Гоша тоже был зол.
Руслан медленно и аккуратно прикоснулся губами к грязи ботинка.
Гоша тут же убрал ногу, заливаясь смехом и топая по луже. После чего он остановил видео, не прекращая смеяться.
Ржали все, кроме Даши. Она просто стояла в стороне, на ней была надета куртка одного из бандитов, который хотел подарить ей новый телефон.
– Ладно, поехали, а то девчонка уже замёрзла, – сказал кто-то из мужчин, садясь в машину.
А Гоша подошёл к стоящему на коленях Руслану и начал читать мораль о том, что Серебренникову очень повезло, и что он должен быть благодарным за этот урок. Он много чего ещё говорил, Руслан не слушал. Перед ним мелькал тот ботинок.
– Поехали уже, – Гошу кто-то поторопил.
Все, включая Дашу, уже сидели в машине.
– Город в той стороне! – Гоша указал рукой направление и спрятался от разошедшегося дождя в машине.
Они уехали. Серебренников остался один. А дождь всё также лил.
Руслан вытер рукавом усы грязи над губами и достал нож Васи из сумки. Про этот нож он совсем забыл, но что теперь от него толку? Парень растерялся. Испугался, не только за себя.
Он засучил рукав и примерил острое лезвие к белой коже руки. Сидеть в луже стало холодно, он поднялся и сделал взмах.
Лезвие описало дугу в воздухе и остановилось в нескольких миллиметрах от вен. Но Серебренников не стал их резать. Передумал. Слишком страшно и глупо. Импульсивность момента быстро отступила.
Он сложил нож и убрал его в карман. Душу жгло чувство мести, план созрел моментально – как только Гоша появится в поле его зрения, он тут же вырежет ему язык. Или просто зарежет и плевать на то, что будет потом! Серебренников всё твёрдо решил!
Путь до города и дома был долгим. И эта дорога серьёзно поумерила его пыл – мысль о жестокой расправе ушла на второй план: парень промок до нитки. Придя домой в обессиленном состоянии, он тут же лёг в кровать. Пьяный отец ругался с матерью, им было не до него. Руслана знобило, и он был рад тому, что быстро удалось забыться тревожным сном…
* * *
– Убегать-то будешь? – вопрошал Дима, отвешивая звонкие пощёчины Стахову.
– Куда? – не понял спросонья Руслан.
В палате сильно пахло горелым.
– Моё дело предложить, а твоё дело отказаться, – сказал Дима и вышел из палаты.
