– Как придет, так и уйдет, только вперед ногами! У моих людей есть разрешение на применение боевого оружия, они знают, что делать в случае возникновения подобной угрозы.
Николай не верил, что Валерьевы планировали нечто столь откровенно криминальное, однако лишними знания об охране определенно не были.
– Хорошо, а если бомба?
– Кто б ее сюда пропустил!
– О бомбе редко предупреждают.
– Но мы предупреждений и не ждем, – парировал начальник охраны. – Любой груз, который сюда доставляют, проходит сканирование. Абсолютно любой!
– А если бомбу принес с собой кто-то из гостей?
– Как будто вы через детектор вместе с остальными не проходили!
– Да, действительно… Хорошо, а пожар? Будет неприятно, если все эти великолепные декорации вспыхнут.
– Вы думаете, разрешение на проведение этого праздника было так просто получить? Я вас умоляю! Тут пожарная каждый угол облазила. У нас новехонькие извещатели, а еще на вилле установлена собственная система пожаротушения. Только с оглядкой на это тут и разрешили развешать все эти веники!
– Хорошо. Что насчет контроля за приготовлением блюд?
– Теперь и отравления боитесь?
– Кейтеринг – сторонняя организация.
– На кухне привезенные блюда проходят проверку в случайном порядке, нам скандалы не нужны. Да и для кейтеринга мы нанимаем в основном проверенные службы. Что-нибудь еще? Нашествие динозавров, маньяк с бензопилой? Думаю, мы сможем справиться с чем угодно!
– Хочется в это верить.
Демонстративная ирония начальника охраны не раздражала. Николай знал, что такое вызывающее поведение склонны демонстрировать два типа людей – те, кто так прикрывает свои ошибки, и те, кто немало сил вложил в свою работу и теперь искренне оскорблен подозрениями. Бывший полицейский был как раз из трудоголиков.
Это вроде как хорошо, но Олег Валерьев уже не раз демонстрировал умение подмечать детали, он не пропустил бы нечто столь значимое. Узнать, что он задумал, вряд ли получится – но можно попробовать сыграть на опережение.
– Сколько у здания выходов? – спросил Николай.
– Мы теперь к этому перешли? Сколько дверей, сколько окон, сколько кирпичей в стене?
– Так сколько же?
Начальник охраны запнулся, явно смущенный собственной несдержанностью, и ответил уже спокойнее:
– Пять.
– На главной двери я заметил компьютерный замок. Такие есть на всех дверях?
– Да, владельцы настояли.
– А теперь у меня будет к вам не совсем обычная просьба, которую вам, конечно же, сразу захочется отвергнуть. Заприте замки. Изолируйте помещение и внимательно следите за всеми, кто пытается выйти.
– Выйти?.. Вы, наверно, хотели сказать «войти»?
– Я сказал ровно то, что хотел. В первую очередь это касается вот этих людей. – Николай открыл на смартфоне фотографии семьи Валерьевых. – Не хотелось бы, чтобы они покинули праздник раньше срока.
– Что, и этот блогер-попрыгун вам не угодил? Вы ведь понимаете, что я не имею права удерживать их силой?
– Вам и не придется. Если им не дадут выйти, они не станут поднимать скандал. Если выйти захотят другие гости, с помощью компьютерного замка открыть дверь можно быстро. То же самое и в случае любой катастрофы.
– Вы ведь понимаете, насколько странно это все звучит?
– Полагаю, вам больше понравилось бы определение «безумно»? – уточнил Николай. – Можете использовать его, я не возражаю. Но над моей просьбой подумайте.
Он не мог гарантировать, что начальник охраны действительно поступит как надо. Однако Николай сделал бы ставку на то, что очень скоро двери будут заперты. Сначала начальник охраны наведет дополнительные справки о том, с кем только что говорил, а потом примет его совет – просто на всякий случай.
Это не решит проблему, но, возможно, выиграет им больше времени.
Вера дожидалась его в «золотой комнате» – маленьком зале, где никто не танцевал, музыку просто слушали за небольшими столиками. На стенах изгибались причудливым узором желтые маргаритки, а в напольных вазах гордо поднимались подсолнухи.
– Как все прошло? – спросила Вера таким тоном, будто узнавала подробности встречи с каким-нибудь почтальоном.
Это вовсе не означало, что она недооценивает серьезность ситуации. Нет, она как раз прекрасно понимала, насколько велика угроза. Просто Вера была не из тех, кто легко паникует, и она доверяла ему.
– Терпимо, – признал Николай. – Кто-нибудь из детей мелькал в зоне видимости?
– Никого – но тут и с зоной видимости не очень. Ты… ты ведь все еще не знаешь, что им нужно на самом деле? Ясно, что мое мнение тут десятое, но я думала об этой вашей истории с Мельниковым – все, что вы узнали, что у вас получилось… Я упорно не понимаю, где вы допустили ошибку.
Смеяться над ней Николай не собирался, как не собирался отчитывать за то, что она, человек без какого-либо толкового образования, полезла не в свое дело. Мнение со стороны порой бесценно, и Вера уже не раз давала дельные советы. Но теперь все так запуталось, что простого решения быть не могло.
Форсов нашел в памяти телефона картинку, которую сохранил специально для такого разговора, да все времени не находилось показать. Теперь вот нашлось.
– Что ты видишь? – спросил он.
