— Слишком много озабоченных парочек, — решительно отмел Драко. — Совершенно невозможно работать.
— Но я опоздал, — снова пустился в объяснения Гарри, — я … это… проспал, и…
— И я немного позанимался магией сам, — сел на любимого конька Драко, — чтобы э… подготовить проект, и…
— И использовал заклинание, которое отдачей ударило его в плечо, — со вкусом закончил Гарри.
— Ничего подобного, — фыркнул Драко.
— Так и было, — возразил Гарри.
— Я думаю, ты помнишь, что я говорил тебе, что ты не прав, Поттер?
— Тогда почему ты не скажешь нам, откуда у тебя дыра в плече, а, Малфой?
Драко скрипнул зубами:
— Я швырнул проклятье, а оно отдачей ударило меня в плечо, — пробормотал он.
— Какая неосторожность с твоей стороны, — с явным наслаждением попенял ему Гарри.
— Может быть, Priori Incantatum здесь было бы уместно?… — шелковым голосом заметил Снейп.
— Драко не пользовался своей палочкой, — тут же откликнулся Гарри. — Я так полагаю…
Драко поднял левую руку:
— Никакой палочки, — подтвердил он.
— Заклинания магидов, — мрачно произнес Снейп. — Выбираются из кроватей, куда-то крадутся в темноте, потом еще используют проклятья. Определенно: Филч должен подвесить вас за большие пальцы. В темнице.
На лице Гарри появилось выражение ужаса.
— Могу ли я напомнить вам, — заметил Драко, — что освященной веками формой наказания является арест?
— Так тому и быть, — подвел черту Дамблдор. — Лишь только вы вернетесь из дома с Рождественских каникул. А также по двадцать очков с каждого дома. Я буду рассматривать повреждения — физические у Драко и умственные у Гарри — как результат этой выходки и, соответственно, еще одну часть наказания.
Оба юноши уставились в пол. Наконец Драко открыл рот:
— Директор… — медленно начал он, — а другие студенты… он не удивятся, что… они не удивятся из-за…
— Меня? — пояснил Гарри.
Глаза Дамблдора вспыхнули и тут же погасли:
— Я думаю, вы вдвоем вполне способны придумать достоверную историю. Я верю в ваши силы.
— Спасибо, профессор, — сам не зная за что, поблагодарил его Драко, тем не менее, испытывая чувство признательности. Наверное, за доверие. — И… мы извиняемся.
Снейп и Чарли взглянули на Дамблдора — тот лишь пожал плечами и, покряхтывая, поднялся со стула.
— Хорошо. Я бы хотел позже видеть вас у меня в кабинете, мистер Малфой. Когда вы полностью придете в себя, — он перевел взгляд на Гарри, снова на Драко и добавил, — одного.
Драко почувствовал, что краснеет:
— Конечно, профессор.
Чарли и Снейп тоже поднялись, Чарли выжидательно взглянул на не сводящего глаз с Дамблдора Гарри.
— Я бы хотел остаться, — произнес Гарри, — если все в порядке.
— Существует правило: только в отведенное для визитов время. В иные часы только члены семей…
— Я член семьи, — заявил Гарри.
Дамблдор кивнул:
— Да, действительно. Можешь оставаться.
* * *
Возвращаясь с Гербологии, Джинни повстречала явно поджидавших ее Рона и Гермиону. Они были погружены в очередную беседу, склонившись друг к другу, — рыжая голова Рона, каштановая Гермионы — так что Джинни, чтобы привлечь их внимание, пришлось кашлянуть. Они вздрогнули и обернулись.
— Привет, Джинни, — румяная Гермиона сжимала в кулаке лист пергамента. — Я решила пропустить ланч и сходить в больничное крыло повидать Драко. Вот, подумала, что ты тоже бы не отказалась…
— А что, к нему уже можно? — удивилась Джинни. — Он уже пришел в себя?
— Да, он уже проснулся, — кивнула Гермиона, — и с ним Гарри, — она махнула рукой в красной варежке с зажатым в ней пергаментом. — Он послал мне сову — мы можем прийти.
— Каким это образом Гарри оказался там так рано? — зашагала с ними к больничному крылу Джинни.
— Да он провел там ночь. На полу, — со смешком ответила Гермиона. — Ты же знаешь, каким он становится, когда волнуется. Вспомни-ка, как в прошлом году Рона ударил бладжер, и Гарри расположился в лазарете лагерем и приволок туда все свои домашние задания?
— Верно, — кивнул Рон, протягивая Гермионе руку, чтобы помочь пройти по льду, — однако я не думаю, чтобы он спал на полу.
— Ну, Драко ведь совсем другое дело, — начала Джинни, собираясь сказать, что тут, похоже, все выглядит не как несчастный случай, а как покушение на убийство, но Рон не дал ей это сделать:
— Ага, конечно, ведь если Гарри не будет рядом с ним безотлучно, Малфой просто перестанет дышать.
— Рон, не говори так, — мягко попробовала переубедить его Гермиона, — просто Гарри — хороший друг, он поступил бы так и ради тебя.
Наконец они поднялись наверх, и она отпустила руку Рона.
— Честно говоря, нам бы неплохо всем его навестить. И тебе, Рон, тоже.
— Неееет, — негодованием взвыл Рон, — можно я сделаю вместо этого что-нибудь веселенькое? Например, вымою ванную старост?
— Он однажды спас твою жизнь.
— Я спасал его жизнь дважды. Так что я веду в счете.
— Разве ты не можешь хотя бы притвориться, что он тебе нравится? Хотя бы ради меня? — попросила Гермиона.
Возмущение Рона лопнуло, как воздушный шарик.
— Ну, ладно…
Гермиона лучезарно заулыбалась:
— Ну, скорее, пошли же! — она поманила их обоих рукой, распахивая дверь замка. — И ты тоже, Джинни.
— Ой, я не знаю… — заколебалась та.
