— Это нужно делать не резко, — Джек оккуратно приподнял меня за голову, а затем рыкнул, и я оказалась у него на руках. Он спокойно поставил меня на ноги, но все еще крепко сжимал мою талию. Голова начала кружиться, не будь этих сильных рук, я бы раскинулась на этом полу, — Попробуй самостоятельно стоять, — он отпустил, но мне тяжело делать шаги, при первой же попытке боль становится адской, — Я же сказал, стоять! — подхватил меня Джек, — Стой, вот так! Оккуратно! — он приложил свою руку к моей голове. Она была горячей, даже очень! Нет, мне не нужны ожоги! Я резко отскочила и поняла, что головной боли нет.
— Что ты сделал?
— Ничего особенного, просто нагрел место боли до нужного состояния, ты же дракон, если не превращаешься, ничего страшного, но твои органы тойже температуры, а при боли ты холодеешь! Этому учат на драконологии! Ты должна знать, вроде как отличница! — он посмотрел на меня с недоверительной ухмылкой.
— Да, я отличница, но три года не училась! — обижено отвернулась от него в поисках папки и коробки. Они валялись в двух разных углах.
— Идем? — спросил Джек, когда я все подобрала.
— Да, давай я возьму это, — показала на все, что в руках и пуанты, — а ты то! — показала на кучу рисунков и книг.
— Хорошо! Только оккуратно, а то ступеньки тоже не очень прочные! — сказал напоследок Джек, потом вышел.
Мы спускались с лестницы. Чем ближе второй этаж, тем слышнее голоса Люцефера и Ники. Я уже поняла где они, там где и нужно. Мы спустились на второй этаж, Джек взял у меня оставшиеся вещи и сказал, что отнесет вниз. Я не возражала! Пусть несет, все равно ему еще до дома это везти. Интересно, а где его машина?
— Юля! — крикнула подруга из дальней комнаты, — Мы, если что, здесь! — я улыбнулась и пошла к ним.
В коридоре царила разруха. Картины, каки-то валялись, какие-то висели. Зеркало разбито, цветочные горшки рядом с ним тоже. Обои подраны, в паутине и пыли, ковер потрепан и порван в некоторых местах. Все светильники разбиты, а некоторые вырваны с корнем. Что тут было?
Затем я дошла до родительской комнаты. От былой роскоши не осталось и следа. Раньше здесь была шикарная кровать, которая была накрыта бордовым покрывалом с золотой акантовкой сантиметров в 5, на ней лежали различные падушки. А сама спинка кровати была темного грязного красного цвета с золотой резной акантовкой. А что сейчас? Все грязное, порванное, пыльное и почти развалившееся. Здесь всегдда висели картины, теперь они валяются. Туалетный столик, которым мама пользовалась в случаях выезда, был красивым: зеркало в золотой оправе, стол темного цвета дерева из такогоже и стульчик рядом, с бордовой обивкой. Сейчас же зеркало разбито, стул сломан, а стол поцарапан и весь в паутине и пыли. Все светильники были разбиты. Кресла и тумбы с подсвечниками просто разорваны на части и разбросаны по комнате. Диван, красный с золотыми резными ножками покосился и запылился, покрывшись паутиной. Позади него находился балкон. Тюль, полупрозрачный, был порван, красные шторы испачканы пылью. Именно через это окно, в этой когда-то роскошной комнате маленькая девочка увидела то, что видеть не следовало!
— Прости, мы ничего не нашли! — сказала Ника, тем самым вырвав меня из воспоминаний.
— Я так и думала, ты никогда не знала, где искать вещи, которые я прятала! — ответила ей я.
— А где Джек?
— Он пошел отнести вещи в низ. Не знаю зачем, но я не против! А на счет шкатулки, — я глянула на разбитое зеркало, а точнее на стену за ним, — Люцефер, она у тебя за спиной, — он обернулся, немного не понял, а вскоре до него дошло. Люцефер стукнул по стене кулаком, рядом с местом удара открылся маленький сейф. Там лежала та самая шкатулка и каой-то конверт, кажется здесь везде послания!
— Вот! — Люцефер передал мне все, что лежало в своеобразном сейфе.
— Спасибо.
— Вау! — сказала Ника, — Она такая красивая! Что там?
— Мамины наследственные украшения, отец продать их хотел, но не достал. Во-первых, он ее не нашел, во-вторых, мама плавила ключ от нее при мне, в-третьих, эта шкатулка сделана из камня, который не поддается магии и драконьему пламени.
— А как ты ее откроешь?
— Очень просто! Я перерисовала ключь и все его размеры, блокнот с этим рисунком у Джека.
— Продуманная!
— Всегда! — улыбнулась я подруге, — Ладно, идем взрывать, а то чем дольше я здесь, тем больше мне не по себе!
Ника и Люцефер попросили меня оставить их на едине. Я не особо была против. Люцефер мне нравится больше чем бывшие Ники. К тому же подруга счастлива с ним, это заметно. Я вышла из комнаты со шкатулкой в руке и медленно прошлась по коридору. Дальше оккуратно спустилась вниз, все-таки Джек прав: лестница хрупкая. Ксати, вот и он. Джек осматривал полуразрушенный дом, но скорее делал это от скуки. Я уже не замечаю, когда начаинаю пялиться на него. Он стоял ко мне спиной…его широкие плечи, мышцы рук, движения с руками в карманах. Джек выглядит как король с любой стороны. Во всем есть что-то шикарное и сильное, показывающее кто здесь хозяин.
