Не буду открывать своим ключом, лучше позвоню. Покажу ему дары, он обрадуется. Он будет готовить, а я просто посижу рядом. Ничего не стану требовать, просто расскажу про себя: как много думала, многое осознала, решила сменить работу, снова начала писать (на самом деле не начала, хотя времени было предостаточно). Мы будем смеяться, как раньше. Ближе к полудню он захочет выпить. Я составлю ему компанию. Вскоре мы окажемся в постели или займемся любовью прямо на диване, как в старые добрые времена. Иэн предложит мне вернуться. Правильно, он достаточно побыл в одиночестве, хватит.
Я шла по парку со своими дорогущими продуктами и думала, что мир справедлив и мои страдания окончены. Наслаждалась молодой зеленью и спокойствием парка. Так я подошла к выходу на Грин-лейнс. И тут…
Иэн.
Я даже не сразу его узнала. Странно, как можно за несколько недель забыть родное лицо? Помолодевший, постройневший Иэн бежал мне на встречу. Иэн. Бежал… Изначальный план сорвался, однако я решила не расстраиваться — если мы увиделись раньше, значит сама судьба сводит.
Тут он заметил меня. Переменился в лице. Попытался было продолжить бег, потом смутился и перешел на шаг. Иэн и не Иэн. Чужой человек.
— Приятная неожиданность, — сказала я и чмокнула его в щеку, как старого знакомого.
Он позволил себя поцеловать, и я с тревогой отметила, что даже запах у него стал другим. Исчез винный дух…
— Да…
— Шикарно выглядишь.
— Ты тоже, Кэтрин. Впрочем, как всегда.
Я улыбалась и щурилась — он стоял против света, и солнце слепило глаза.
Иэн не знал, что сказать, и растерянно озирался. Наконец придумал:
— А где ты живешь? С Доной? Или с этой… как ее там… Дебби?
— Нет…
— Понятно… Ты хорошо выглядишь. Куда путь держишь?
— К тебе.
— Да?..
— Пора поговорить, не находишь?
Иэн смотрел куда-то в пространство, я вдруг поняла, что он вот-вот расплачется.
— Иэн, можно я уже вернусь домой?
Он отрицательно покачал головой.
— Понимаешь, Кэтрин, все изменилось… Я изменился…
— Если дело в ней, то она все равно тебя скоро бросит! Или ты сам не выдержишь.
— В ней… но не только… — начал он.
— Черт возьми, Иэн, как ты мог?!
— Лили ни при чем. Просто я изменился. Представляешь — бросил пить, снова пишу. Будто начал с чистого листа…
— Замечательно. Не пьешь, пишешь. Поставил цель, добился. Теперь можно жить дальше. Только не с ней. Ты же сам понимаешь!
Иэн помолчал. Потом заговорил, старательно подбирая слова:
— Кэтрин, наша с тобой история… Здесь, конечно, не лучшее место для объяснения… Мне кажется, я не тот человек, который тебе нужен… И наверное, ты тоже — не совсем… Я безумно тебя люблю, но мы больше не можем быть вместе…
— Иэн, давай хотя бы поговорим нормально!
— Да, поговорить нужно. Уладить дела, всякие формальности.
— Я не разрешала с ней спать! Не давала согласия!
— Ты серьезно? Ты вспомнила о разрешениях?
— Да! У нас были правила. Ты их нарушил! Ты меня подвел!
— Хорошо, а как насчет Азифа? Я все знаю! Ты тоже нарушила правила!
— Неправда!
— Он все рассказал Лили — про секс в туалете. Он просто боялся проверки, хотел хороший отзыв. Боже, Кэтрин, до чего ты дошла?
— Чушь! Он был со мной не из-за отзыва! И хочу напомнить — я только что наблюдала вашу с Лили страстную сцену.
Иэн тер глаза и озирался, словно ждал откуда-то помощи. Я продолжила:
— Ладно, мы оба виноваты. Но еще не поздно все исправить. Бывало и хуже.
Он посмотрел на меня — ясными, как небо, глазами.
— Ты не понимаешь, Кэтрин. Мне сейчас не «хуже». Да, мне очень-очень жаль с тобой расставаться, мы долго были вместе, и я до сих пор тебя люблю. Но понимаешь, мне не плохо, а вовсе наоборот — хорошо. — Я мотала головой.
— Мне очень жаль, Кэтрин, — повторил он.
— И все? Это конец? Ты меня бросаешь?
— Нам больше нечего дать друг другу. Наши отношения нездоровы. Это созависимость.
— Созависимость?! Дай догадаюсь, кто тебя научил таким словам!
— Перестань! Тебе не идет сарказм. Послушай, встретимся в выходные, если ты свободна? Правда, нужно многое обсудить — квартиры, деньги.
— Ты в своем уме?! Что тут обсуждать? Квартира — моя. И деньги тоже. Ты уже сто лет не зарабатываешь, забыл?
— Квартира записана на нас обоих… И потом, обстоятельства изменились таким образом, что…
— А мне плевать на твои «обстоятельства»! Выметайся! Напомнить, как ты стал совладельцем? Ты снял дорогостоящую и бесталанную муть, которая стоила мне друзей и денег. — Тут до меня дошла истинная причина. — Она и сейчас там, да? Она живет в моей квартире?! — Иэн покаянно опустил голову. — Прекрасно, Иэн. Очень мило с твоей стороны. Знаешь, кто ты? Ничтожество! Поверить не могу, что я столько лет на тебя потратила! Опекала, содержала! Хватит! Забирай любовницу и уматывай! А не то я спущу с лестницы вас обоих!
— Полегче, Кэтрин! Мы еще посмотрим, кто кого спустит…
Любопытные прохожие замедляли шаг и прислушивались к перебранке.
— Давай не будем устраивать сцен на улице… Неприлично.
— А притащить домой молоденькую вертихвостку — прилично? А ты хоть знаешь, что она тебя использует, чтобы навредить мне? Повторяю — она смотрела мне прямо в глаза. Как ты это объяснишь?
