- Да, точно, - подтвердил Пири, - Так вот: в начале века государственные космические программы оказались так обвешаны коррупцией и запретами, что отстали по скорости развития от эры 1-й Холодной войны. И тогда одна частная команда янки организовала любительский космический конкурс без государства. Это была революционная идея! Считалось, что без государства такую тему невозможно поднять. Слишком трудоемко, дорого и сложно. А вот и нет. Оказалось, что все было слишком трудоемко, дорого и сложно именно из-за участия государства… ОК, Хуфао, я увидел твой укоризненный взгляд, поэтому прекращаю политические новеллы и перехожу к технической стороне вопроса. С архивной полки взяли японский проект «Shinryu-canard» 1944-го: дешевый военный планер с ракетным движком, и в 2001-м эта штука, несколько продвинутая и сделанная не из фанеры и тряпки, а из пластика-композита, отлично полетела. Вообще, японские планеры-камикадзе это золотое дно. Модели «Tente» и «Ohka» тоже пошли в серию, но уже позже, в Меганезии, Фри-Конго и Папуа. А ракетоплан «Taikobao», это классика. Прямой потомок «Shinryu-canard» и первой генерации «X-prize».
- Надо же… - произнес Хуфао, - А на вид он такой суперсовременный.
- Типа, диалектика, - констатировал меганезиец, - а теперь: ТТХ. Пустой ракетоплан «Taikobao» весит около тонны. Загрузка - еще тонна. А взлетная масса - сорок тонн, из которых 75 процентов - это подвесные бустеры, 20 процентов - внутреннее топливо в маневровом движке, и 5 процентов - все остальное: планер, движок, груз и экипаж.
Шоу Чаян, ассистент оператора, почесал в затылке.
- Wow… Этот космический корабль устроен как пластиковая бутылка кока-колы.
- Ага, - подтвердил пилот, - у космических кораблей всегда так. Теперь, смотрим на кинетику. Первая пара бустеров разогнала корабль до 4500 метров в секунду. После отсечки этих бустеров, масса осталась 30 тонн. Вторая пара разгоняет корабль, уже полегчавший на четверть, и поднимает скорость на 6000 метров в секунду, а в сумме получается 10500. Третья пара бустеров разгоняет уже половинную массу. Скорость вырастает на 9000. После третьей пары скорость 19.500 метров в секунду, а до Луны 400.000 километров. Расстояние делить на скорость получается 6 20.500 секунд или 5 часов 40 минут. Я считал грубо, и много чем пренебрегал, но итог примерно такой.
- Подожди! – воскликнул Тандзи Хуфао, - Ведь нужно еще торможение и посадка!
- Ага. Для этого на корабле есть маневровый движок и 8 тонн внутреннего топлива.
- Стоп-стоп-стоп! А как корабль вернется с Луны, если израсходует все топливо?
- По инструкции, - ответил Пири, - ребята возьмут на лунном складе шесть подвесных бустеров и картридж с топливом для маневрового движка, и установят на ракетоплан. Дальше, как с Земли, но проще. На Луне нет атмосферы и гравитация в 6 раз слабее.
- На лунном складе?! – переспросил гонконгский оператор.
- На лунном складе, - подтвердил меганезиец.
- А откуда на Луне склад?
- Это элементарно, Хуфао. Склад мы сделали еще до того, как сделали фабрику.
- Что?! Там еще и фабрика есть?
- Ага. – Пири улыбнулся и кивнул, - Я сейчас объясню подробно, но сначала свяжусь с радарным постом карабинеров на Туамоту. Скоро «Taikobao» пройдет над ними, и мы проверим, что все бустеры сброшены и элементы движения соответствуют расчету.
- Туамоту? – переспросил Шоу Чаян, - И там тоже ваши карабинеры с радаром?
- Да, а почему бы им там не быть?
- Э… Просто, я уточнил. А почему эти войска у вас называют «карабинерами»?
- Хер знает, - пилот пожал плечами, - По ходу, для маскировки…
…
Это же время. Туамоту. Элаусестере. Атолл Руго.
(из-за смещения на четверть суток к востоку, здесь 4 часа утра).
16-летний ординар-карабинер Иржи Влков почти бесшумно (приблизительно так, как учили) вышел к площадке у резервного причала и, оставаясь под прикрытием кустов, присмотрелся к трем фигурам, расположившимся на краю настила. В предрассветных сумерках опознать человека с дистанции сорок шагов – непростая задача. Но, эти три персоны непрерывно болтали, пусть и негромко, но достаточно разборчиво, поэтому карабинер уже через пять секунд догадался, кто это. В следующие пять секунд он двигался через площадку, намеренно не следя за бесшумностью шагов. Более того, он поправил ремень пистолет-пулемета на плече с таким шорохом, что, казалось бы, это невозможно было не услышать… Однако, не услышали. А дистанция сократилась до дюжины шагов, и пришлось «оповещать голосом».
Он почесал в затылке, громко вздохнул и, по возможности ласково, произнес.
- Девчонки! Шли бы вы досыпать. А то, торчите на терминале объекта…
- Ой!
- Блин!
- …Уф…
- …Нах…
- Вчера всех предупредили, - продолжая шагать к причалу, ответил он на эту серию реплик, - с трех до пяти утра у полувзвода режим прямой готовности к спасательной спецоперации на море. Пожалуйста, не занимайте этот терминал без звонка…
- А мы не занимаем, и вообще!... – перебила 14-летняя туземка Чеди.
- Мы сидим на краешке, - добавила Тиатиа Хаамеа, ровесница Иржи.
