Судья Уилки Гэмп, предельно добродушный на вид коренастый дядька средних лет, похожий на фермера из глубокой провинции, сдвинул свою церемониальную черную шапочку почти на затылок и произнес.
– …Итак, прошение адвоката об отводе судье и всему составу присяжных по мотивам религиозной предвзятости отклонено коллегией Веллингтона и мы приступаем в том составе, который есть. Напоминаю, что присяжным надо будет ответить не только на вопрос о виновности подсудимых, но и на вопрос о том, должны мы или не должны передать троих из одиннадцати подсудимых юстиции Папуасского Фриюниона. Суд приступает к допросу Эппл Лек Нратонг, гражданки Таиланда. Мисс Нратонг нет восемнадцати лет, поэтому её допрос будет проходить в присутствии эксперта, мисс Десембер Крузо, магистра психологии… Мисс Крузо?
– Да, ваша честь.
– Скажите, мисс Нратонг способна сейчас давать показания?
– Да, но, я прошу учесть, что она перенесла шок, и…
– Ответ «да», – мягко прервал её судья. – Мисс Нратонг, вам требуется переводчик?
Юная таиландка, которую судебный пристав вывел на место свидетеля, выглядела как новозеландская старшая школьница, этническая маори откуда-нибудь из Роторуа или Ваихопаи. Кроссовки, джинсы и футболка с рисунком веселого пингвина-спасателя из мультика про антарктическую службу экстренных ситуаций.
– Я вполне нормально понимаю по-английски, ваша честь, – слегка дрожащим голосом ответила она, – спасибо, мне не нужен переводчик.
– Тогда майор Вексвер из военной прокуратуры задаст вам ряд вопросов… Майор?
– Да, ваша честь. Я приступаю. Мисс Нратонг, вам знакомы те четверо молодых людей, которые сидят вот там, в первом ряду?
– Да, сэр. Мы встречались в Паттайе.
– Тогда, расскажите об этом подробнее.
– Хорошо, сэр. Я познакомилась вот с этим парнем, его зовут Ричард, мы поболтали немного, и я пригласила его и трех его друзей в бар с массажем. Я сказала, что там найдется ещё три девушки, и что все будет стоить недорого.
– Всё, это что? – спросил майор.
– Ну… То, зачем ваши парни обычно ездят в Таиланд.
В зале раздались громкие смешки и судья Гэмп постучал молоточком по столу.
– Я думаю, – пояснил он, – тут все взрослые люди и мы понимаем, о чем речь.
– Да, ваша честь, – майор выразительно кашлянул. – Продолжайте, мисс Нратонг.
– …Я пригласила их, и, когда они пришли в бар… Там никого кроме них не было, и я принесла им чай, куда вылила жидкость из склянки, которую дал мне один человек.
– Какой человек? Вам известно его имя или приметы?
– Вот он, – ответила Эппл Лек и, протянув руку, показала пальцем на пожилого турка, сидящего на скамье подсудимых.
– Это ложь! – Закричал он. – Я не давал ей клофелин! Я не…
– Мистер Гелчар, – перебил судья. – Вы можете заявить об этом, когда будете давать показания, а сейчас, пожалуйста, помолчите.
– Но она лжет!
– Однако, – заметил майор Вексвер, – вы знаете, что в склянке был клофелин.
– Да, но я узнал об этом уже после!
– Хм… Странно, что вы дали девушке склянку, а потом узнали, что там внутри.
– Вы не поняли, мистер! Я потом узнал, что эти люди получили дозу клофелина.
– Мистер Гелчар, помолчите, – повторил судья. – А вы продолжайте, майор.
Вексвер кивнул и вновь повернулся к Эппл Лек.
– Итак, вы дали этим парням чай с дозой клофелина, и…?
– Они заснули, – сказала она. – А я позвонила по телефону, сказала, что всё сделано, и приехали два человека из клиники.
– Из какой клиники?
– Из клиники доктора Гелчара. Вот эти люди, – Эппл Лек показала на двоих молодых тайцев, сидевших на скамье подсудимых. – Они погрузили тех парней в автомобиль и приказали мне ехать вместе с ними. Мы приехали в клинику. Там они приказали мне сидеть и молчать. Я сидела и ждала, когда мне скажут, что делать…
– Минутку, – перебил Вексвер. – А почему вы выполняли приказы этих людей?
– Потому что этот человек… – она показала пальцем на араба лет 50, сидящего рядом с Аджаном Гелчаром, – купил мой долг. Я была должна денег за комнату в Пхукете и не могла отдать. Он купил мой долг и сказал мне, что если я не могу заплатить, то надо отработать. А если я откажусь, то его люди изрежут мне ножом все лицо, и…
Араб выкрикнул какую-то фразу.
– Переведите, – потребовал судья, повернувшись к сидящему за столиком лейтенанту.
– Это ненормативная лексика, сэр, – ответил тот.
– Мы не в литературном клубе, – спокойно сказал Гэмп, – переведите, что сказал мистер Мулиа Эн-Нахил. По возможности, аутентично.
– Слушаюсь, сэр. Он сказал: «Ты умрешь в канаве, неверная самка собаки».
– Спасибо, лейтенант… Майор, продолжайте работать.
– Да, ваша честь… Мисс Нратонг, что произошло дальше в клинике?
– Дальше я сидела рядом с охранником, мне так приказали. Прошло много времени, я точно не могу сказать, сколько. Потом я, кажется, увидела фигуру человека. Он очень сильно ударил меня в живот и я потеряла сознание. Потом я очнулась. Мы все: и я, и работники клиники, и этот араб, лежали в процедурной, на полу. Нас связали липкой лентой и рты тоже заклеили. Потом нам сделали уколы и я не знаю, куда нас увезли. Потом оказалось, что на остров у камбоджийской границы.
