А ещё радовался воевода тому, что варяжский конунг явно спешил и не стал останавливаться под стенами нового града. Варяги - известные бузотёры, и наверняка дело одними пьяными драками не ограничилось бы. Но слава Богине Погоде, снег уже третий день, пусть и малым слоем, покрыл землю, а мороз хозяйничает не только ночью, но и днём. Вдоль берега рек уже образовались забереги - тонкие пластинки льда, а это верный признак того, что ещё неделя-другая и лёд закуёт реку в прозрачные оковы. Вот и спешил неизвестный ярл уйти как можно дальше на юг к Хованскому морю, чтобы не оказаться в ледяном плену.
Неожиданно вокруг потемнело, и с неба полетели крупные хлопья снега. Снег падал в реку, но не таял, вода напоминала франкскую похлёбку, которой воеводе доведалось отведать изрядно.
Ольстин Олексич оглянулся назад, в метре от него вместе с телохранителями, которых приставил к нему князь, стоял полусотник Захар, одетый в диковинные для воеводы одеяния, напоминавшие поседевшего лешака. Князь прислал сотню молодых, только обученных воев, названых мудрёным словом – диверсанты. Как объяснил в сопроводительном письме князь своему воеводе, основная задача этих воинов - разведка и создание противнику всевозможных трудностей. В этом ключе Ольстин и стремился их использовать, хоть и не очень пока доверял.
- Захар, отправь своих проводить норманнов, пусть посмотрят за ними, недалеко, дна на два пути. Заодно разведают, что творится в низовьях.
- Это мы легко, но нешто по такой погоде кто соберется к нам в гости? –удивился молодой воевода.
- Скорей всего нет, но, как говорится, бережёного Бог бережёт, а не бережёного Смерть стережёт. Коней возьми, а то не поспеете, - бросил он собравшемуся исполнять приказание командиру диверсантов.
- Ну, половину отправлю на конях с заводными, остальные на лыжах пойдут, погода для них - самое то.
Воевода хмыкнул, но возражать не стал: новые юти, именуемые лыжами, созданные учёными мужами княжества - не чета старым. Длина – косая сажень, ширина с ладонь кузнеца, передний конец приподнят и заострён, место для установки ноги чуть шире и массивнее. Для продевания ремня, прикрепляющего лыжу к обуви лыжника, на ней имеется два сквозных горизонтальных отверстия. И бегают на них эти диверсанты так споро, что зимой и на коне не угонишься.
Помнится, воевода не утерпел, и сам испробовал обновку, конечно, по мокрому снегу всех ощущений не получишь, но новые лыжи были значительно удобней старых, это Ольстин почувствовал собственными ногами и уже с нетерпением ждал, когда снег ляжет основательно, чтобы начать лыжные тренировки, как свои, так и подчинённых ему солдат. Выгоду от такого способа передвижения зимой он уловил влёт.
Пока воевода пребывал в раздумьях, варяжский флот закончился и канул в снежной круговерти. Только воздух ещё некоторое время полнился вокруг глухим плеском вёсел. Не успел он угаснуть как из ворот крепости вышел десяток лазутчиков и резво припустил вслед за уходящей флотилией. Вдали от замка пятерка пластунов перешла на лыжи и резво заскользила по полю. Река в этом месте давала крюк, и у лыжников были все шансы перехватить флот в конце дуги, на Телячьем перекате.
Конники же поскакали по более длинной дуге, чтобы не только проводить варягов, но заодно проверить, не появлялся ли кто в окрестностях города-крепости, посетить заимки и хутора. И проверить пограничную территорию с марийскими родами, с некоторыми из которых наметились достаточно дружеские отношения, но воевода знал, как часто друзья оказываются хуже врагов, и за ними все равно нужен глаз да глаз, и свежевыпавший снег был в этом хорошей подмогой.
Сажать пехоту на коней пытались с древности. Еще Александр Македонский создал подразделения таких воинов, называвшихся димахосы. Они обучались действовать как кавалеристы и легкая пехота одновременно. Верхом они обходили противника, спешивались и атаковали врага классическим строем греческой фаланги.
Со временем об этой задумке забыли, вот князь Юрий и решил её возобновить, и во главе нового, экспериментального рода войск поставил вчерашнего юнкера, талантливого, но юного и неопытного. С другой стороны, Юрий прекрасно понимал, что опыт в этом деле может оказать медвежью услугу. Поэтому вызвав Адиля, князь разрешил ему забрать из последнего выпуска одиннадцать юных офицеров на свой выбор (десять станут во главе десятков и один в ранге заместителя сотника во главе десятка разведки), после чего им дали в подчинение две сотни новиков, только-только прошедших курс молодого бойца, и отравили шлифовать навыки на один из армейских полигонов.
Адиль требовал от новоявленных димахосов умения не только добираться до места верхом и действовать в пешем бою, но и хорошего владения холодным оружием при кавалерийских атаках, а также кучной стрельбы из многозарядных арбалетов, двумя версиями которых их отряд вооружили первыми в армии.
