Драккары Одина полностью

Внимательно выслушав юношу, Хафтур некоторое время молчал. Все это было странно, если не сказать больше. Неужели это был вервольф и он хотел убить Олафа? Похоже, что так. Но Олаф не бродил в лесу по собственной воле. Его туда по­звали. Раб!.. Вот кто ответит на все вопросы. Хафтур стиснул зубы. Он сделает все, как надо. Главное, не привлекать к себе лишнего внимания.

—    Как, говоришь, он выглядел?

—  Маленького роста, острая черная бородка, похожа на шило.

Хафтур припомнил этого траля: крутился возле стола и будто что-то высматривал.

—    Жди меня здесь и никуда не выходи. Я скоро приду.

Хафтур ушел, а Олаф снова лег в постель. Смутные мысли бередили его душу. Вервольф — колдун, а раб — человек ярла. Как оборотень мог подговорить его?

Незаметно для себя Олаф уснул. В усадьбе ярла Свена он снова почувствовал некий полузабытый уют дома и по­тому готов был спать целыми днями напролет. Хафтур же, бродя по туну, все время поглядывал вокруг — нет ли по­близости этого раба? Но то, что произошло дальше, сильно удивило его.

Он вдруг заметил, что люди Свена засуетились, бегая по двору. Желая узнать причину их беспокойства, Хафтур подо­шел и спросил у одного из дружинников:

—    Что случилось?

—  Кто-то убил траля. Похоже, что не так давно, — равно­душно молвил дружинник, дородный парень лет двадцати пяти.

—  Кто этот траль? — Хафтур почувствовал необъяснимую тревогу, понемногу охватывавшую его.

—  Мы его взяли из Инглаланда, — дружинник чуть оживился, посмотрев на гостя ярла. — Тебе-то он зачем?

—  Просто подумал, не опять ли вервольф вышел на охоту? Ведь кого-то уже убили прошлой ночыо?

—  Вервольф? — нахмурился дружинник. - Не похоже. Раба убили недалеко отсюда. Там, за усадьбой, — он показал рукой. — Вервольф не решился бы зайти так далеко в Хорнхоф.

—  А откуда ты это знаешь? — усмехнулся Хафтур. — Он может появиться где угодно.

—  Странный ты... — не нашелся, что возразить дружинник. — Человека в лесу нашли с разорванной шеей, как это обычно и происходит. Хорошо виден след когтей и клыков. Тут со­мнений быть не может. А раба убили ножом. Кто-то из тралей постарался. Они не очень-то ладят друг с другом.

—  Скажи... — Хафтур помедлил. — Этот убитый раб... он такой, тощий, с острой черной бородкой клином?

—  Верно! - удивленно вскинул брови дружинник. — А ты откуда знаешь?

—  Я видел, как рано утром он куда-то спешил, — нашелся старый викинг.

—  Спешил он к своей смерти! — заключил дружинник и ушел восвояси.

Когда Хафтур вошел к Олафу, юноша спал. И старому викингу не очень хотелось будить его, но что делать? Если ему угрожает опасность, надо быть постоянно начеку.

—    Олаф, проснись!

—  Да, что? — парень открыл глаза, сонно уставившись на Хафтура.

—    Раб, который хотел заманить тебя в ловушку, мертв.

—  Как это?! — не сразу уловил смысл сказанного Олаф. — Кто мертв?

—    Тот, кто говорил с тобой от имени Ингебьерг.

—    Кто же убил его?

—  Наверное, тот, кто не хотел, чтобы его имя произнесли под пытками. — Хафтур, зная характер Свена Паленого, не сомневался, что тот так бы и поступил после того, как ему рассказали бы о событиях прошлой ночи. Но сейчас все менялось. Мертвый траль ничего не скажет. А придумывать небылицы — себе дороже. Свен Паленый не тот человек, который поверит пустым словам. Ему нужны веские дока­зательства.

—    Выходит, вервольф убил его?

—  Вервольф или тот, кто скрывается под его личиной, — усмехнулся Хафтур.

—    А разве это не одно и то же?

—  Когда-то в далеком детстве я думал точно так же, как и ты. Но с тех пор много воды утекло, —задумчиво проговорил Хафтур. — Иногда бывает так, что человеку выгодно, что­бы кто-то думал о потусторонних силах. Того, кто знается с темным миром, лучше убить, сжечь и пепел развеять по свету. А сделать это надо так, чтобы он не успел ни о чем до­гадаться. Мне другое непонятно, — викинг помолчал. — Зачем вервольфу или тому, кто скрывается под этим обликом, охо­титься за тобой? Ведь мы здесь — люди новые, чужие. Мы не могли кому-то раньше причинить зло, и не имеем отношения к жизни в Хорнхофе.

—  Может быть... — Олаф колебался, не зная, что сказать. — Кому-то нужна молодая жизнь? Та, что питается молодой кровью?

—  Молодая жизнь? — викинг в упор посмотрел на вос­питанника. — А в этом ты можешь оказаться прав. Молодая жизнь... Надо будет узнать у ярла, погибали ли от нападений вервольфа старики?

И в этот момент в дверь тихо постучали.

—    Кто там? — недовольно крикнул Хафтур.

—  Меня послал Свен-ярл, — ответил робкий голос, при­надлежавший, верно, кому-то из рабов. — Он хочет, чтобы вы пришли к нему.

—  Передай ярлу, что мы сейчас придем, — сказал Хафтур, оглядывая свой меч. Едва ли меч поможет против настоящего вервольфа, но ведь Олаф смог отбиться, имея в руках только нож? Выходит, колдовство вервольфа не всесильно. И викинг снова подумал о том, что здесь дело в другом.

—  Помни, — он повернулся к юноше. — Ни слова о том, что с тобой случилось этой ночью!