Драккары Одина полностью

—   Я — Кетиль, сын Вальгрима.

—    Выходит, мы с тобой почти земляки, — усмехнулся Дитфен, но усмешка вышла не очень-то веселой. Ветер дул с северо-востока, и «Око Дракона» легко скользил по морской глади без помощи гребцов. Кетиль умело управлялся с рулевым веслом, но сейчас особых усилий и не требовалось.

—   Вижу, тебя оставили в живых...

—   Надеюсь, ты тоже сегодня не прогадал. — Дитфен на­мекнул на долю Кетиля от взятой добычи.

—   Слышал, Рагнар хочет взять тебя в викинги?

— Но оружия мне пока не оставили.

— Это дело времени. — Кетиль потянул весло на себя, следя за тем, как расправляется под ветром парус.

— Послушай... — Дитфен понизил голос, чуть подавшись к Кетилю. Он чувствовал, что викинг, которому было на вид чуть больше тридцати зим, расположен к нему. — Куда вы направляетесь?

— Куда? — Кетиль зорко оглядел всех. Но каждый был занят своим делом и не смотрел на них. — А разве ты не знаешь?

—   Как видишь — нет.

— Сейчас мы идем к острову Рюген, а там... — он не дого­ворил, увидев, что Рагнар, пробираясь меж гребцов, подходит к ним.

— Послушай, Дитфен, — Рагнар с некоторым подозрением глянул на Кетиля, заметив, что эти двое о чем-то беседова­ли. — Я хочу у тебя кое-что спросить...

Рагнар в упор глянул на бывшего жителя города Йорка, ныне известного среди викингов как Йорвик.

—   Тебе знакомо имя князь Людовит?

— Я слышал о Людовите, который живет на южном по­бережье Балтики... Ты о нем спрашиваешь, господин?

— Не думаю, чтобы тут жило много князей с подобными именами.

— Это имя распространено среди венедов, — ответил Дит­фен. — Если ты заметил, оно похоже на имя старого императора германцев, Людовика, которого называли Благочестивым и чей сын, Карл, по прозвищу Толстый, теперь правит в Германии.

— Тебе многое известно, Дитфен. — Рагнар помедлил, взвешивая каждое слово. — Если будешь мне верен, станешь одним из моих приближенных.

— Я буду стараться, — Дитфен слегка наклонил голову, размышляя о будущих выгодах этого союза. Он уже знал, что Рагнар — сын богатого ярла и наиболее вероятный его преемник.

—   Так что ты слышал о Людовите?

—   Немного. Кажется, у него есть красавица дочь...

— Ягмира? — глаза Рагнара пытливо уставились на Дитфена.

— Имя ее мне неизвестно, но... похоже, мы говорим об одном человеке.

—   Продолжай.

—  Князь Людовит, о нем ходят слухи, — сакс помолчал. То, что он собирался сказать, могло не понравиться викин­гу. — Некоторые из тех, кто сватались к его дочери, погибли странной смертью...

—   Погибли?!

—   Да, но... возможно, это просто совпадение.

— Как именно они погибли? — Рагнар был похож на охот­ничью собаку, почуявшую дичь.

— Кто-то утонул, а кого-то нашли в лесу, он стал безумным... Потом сам убил себя...

—  Запомни, Дитфен, и ты, Кетиль, — Рагнар говорил, почти не разжимая губ. — Все, о чем мы говорили, останется между нами.

—   Один-Всеотец тому свидетель, — кивнул Кетиль.

—  Можешь на меня положиться, господин, — в свою оче­редь, сказал сакс. — Мои уста — как могила воина.

—   Земля! — крикнул кто-то, стоящий на носу драккара.

— Это остров Рюген, — уверенно заявил Ульберт, избегая взгляда Инегельда. Он был готов общаться с кем угодно, только не с этим угрюмым седовласым викингом, с амулетом Тора на шее, который смотрел на собеседника, почти не мигая. Это был взгляд пожирателя мертвых.

—  Нам нужно брать левее, — продолжал Ульберт, увидев, что рядом встал Рагнар. — Обойдем остров с востока.

— Там, впереди паруса, — заметил Рагнар, вглядываясь в полоску суши на горизонте.

—Это гавань Ральсвика, — пояснил Ульберт. — Но плыть туда рискованно. У вас ведь не торговый корабль.

— Я слышал о Ральсвике, — вмешался в разговор Ине- гельд. — Говорят, в этом городе хороший рынок? Кто живет в этой земле?

— Племя руян, — сказал Ульберт, стараясь не смотреть на Инегельда. — Они родственны ободритам и вообще всем венедам. Их главный бог — Триглав. В храмах у него три головы.

— Три головы? — удивились все, кто слышал слова Улъберта.

Слышал их и Олаф, замерший за спинами говоривших. «Восемь глаз деревянного бога...» — сразу вспомнилось ему. Но три головы имели только шесть глаз. Значит, встреча с тем богом еще впереди.

Между тем гребцы налегли на весла, меняя курс ладьи. Паруса незнакомых кораблей маячили на горизонте, словно говоря о чужой, неизвестной им жизни.

— У руян есть верование, — говорил Ульберт, — что перед большими войнами из вод Балтийского моря выходит огром­ный вепрь...

— Вепри не живут в море, — усомнился кто-то из викин­гов.

— Это вроде верно, но... я встречал человека, который свои­ми глазами видел на берегу громадного секача, и тот своими клыками разодрал насмерть двух его товарищей. Откуда он мог взяться на пустынном морском берегу, никто не мог понять. Но, самое главное, спустя несколько дней после этого в море утонуло два корабля упсальского короля, никто не спасся...

— Скажи, — обратился к нему Рагнар. — С кем в союзе князь Людовит и с кем враждует?