– Весомая причина. Деньги. Всегда и везде деньги, – задумчиво протянул араб. – Позвольте задать вам неожиданный вопрос, мистер Джексон. Вы делали в своей жизни что-нибудь бесплатно? Хоть что-то? Не ради бизнеса, не ради выгоды, а просто так, для души?
– Ну, я регулярно бываю на благотворительных приёмах, – растерянно начал председатель.
– Нет. Благотворительность – это всего лишь возможность облегчить налоговое бремя, – отмахнулся араб. – Я говорю о порыве. Когда вы поступаете так не потому, что это выгодно или важно, а потому, что чувствуете, что по-другому нельзя. Вам это знакомо?
– Нет, – помолчав, покачал головой председатель.
– Вот потому вы и вам подобные никогда не будете владеть миром, хотя очень к этому стремитесь, – усмехнулся араб.
– Простите, но я не понимаю.
– Конечно. Вам это не дано. Вы и вам подобные считаете нас фанатиками, готовыми убивать за свои эфемерные идеи, хотя на самом деле и понятия не имеете, чего именно мы добиваемся, – ответил араб, презрительно улыбнувшись.
– Но я действительно не понимаю вас, – испуганно проблеял председатель.
– Забудьте, – отмахнулся араб. – Это личное. Однажды, много лет назад, правительственные службы, по наущению одной очень влиятельной фирмы, провели зачистку территории, попутно уничтожив десятки недовольных такой политикой людей. Так я лишился дома, родителей, друзей. Всех, кого когда-то любил. Я вырос в приюте и был обречён до самой смерти гнуть спину на каком-нибудь грязном производстве, не имея ни малейшей возможности что-либо изменить в своей жизни.
И всё это в угоду кучке зажравшихся подонков, возомнивших себя властителями судеб. Но я сумел вырваться из этого ада и дал себе слово, что буду уничтожать всех, кто осмеливается портить жизнь простым людям. В моей организации нет религиозных фанатиков. Каждый из нас, так или иначе, пострадал от действия властей или корпораций. Знаете, Исмаил буквально умолял меня позволить ему разобраться с вами. Он даже готов был встретиться с вами на арене, с голыми руками, как гладиатор.
– И что вы ответили? – осторожно спросил Старый Лис, чувствуя, как холодеет спина.
– Я вынужден был отказать ему. Наша борьба важнее личных счётов.
– Акцию на переходе Ново-Московска вы называете борьбой? – собравшись с духом, резко спросил Старый Лис.
Его почему-то вдруг взбесили рассуждения араба о справедливости и мести.
– А кто, по-вашему, имеет возможность пользоваться услугами этого перехода? Обычные рабочие? Нет. Там были все те, кого вы считаете ровней себе, – ответил араб, улыбнувшись уголками губ.
– Там были пассажиры с двух десятков кораблей. Люди, возвращавшиеся из отпусков, на которые они копили долгие годы, дети, которые и понятия не имеют о том, что происходит на отдельно взятых планетах. Ваши слова – не более чем попытка оправдать свои амбиции и свою неудавшуюся жизнь, – яростно ответил Старый Лис, забыв на несколько минут, где находится.
На террасе повисла напряжённая тишина, нарушаемая только посвистом лёгкого ветерка.
– Браво, мистер Олири, – вдруг сказал араб, чуть слышно похлопав в ладоши. – Браво. Не ожидал от вас такой решимости. Сказать в лицо террористу, что он террорист и просто упрямец, цепляющийся за свои прошлые обиды, для этого нужно иметь характер. Но позвольте дать вам один совет. Научитесь держать свои эмоции под контролем – дольше проживёте.
– Я постараюсь запомнить, – ответил Старый Лис, старательно контролируя свой голос, который пытался сорваться и дать петуха.
– Что ж. Кажется, я должен принести вам свои извинения и попросить забыть всё, что вы тут услышали. Мои цели и способы не должны вас волновать. В конце концов, мы платим вам большие деньги не за разговоры.
– Платите? – удивлённо переспросил председатель.
– Я же сказал, что не потребую возврата денег, на которые вы недопоставили нам токсин, – пожал плечами араб. – Согласитесь, это серьёзные деньги.
– Согласен, – быстро кивнул председатель.
– Вот и прекрасно. Разве для вас это не главное? Прибыль. Ведь это то, ради чего вы и живёте. То, за что вы готовы продать не только тело, но и душу. Ваша любимая прибыль.
Старый Лис с трудом заставил себя промолчать. Обведя их взглядом, в котором сквозило презрение, смешанное с насмешкой, араб не спеша поднялся и, сунув руки в карманы, добавил:
– Сегодня вы останетесь у нас в гостях. А завтра вас отвезут на вашу яхту, после чего, и буквально на днях, вы покинете нашу гостеприимную планету, отправившись туда, где хранится нужная нам информация. И помните, даже дома, в собственной постели, вы не будете в безопасности до тех пор, пока я не решу, жить вам или умереть.
– Но вы обещали… – испуганно заблеял председатель.
– Я помню, что я обещал, – резко оборвал его араб. – Ваша жизнь будет зависеть от вашего поведения. Учтите это.
