– Неправда. Вы же здесь, – рассмеялся Влад. – А если быть серьезным, то я уже говорил вам. Окажись ваши бизнесмены расторопнее, и все могло бы повернуться совсем по-другому.
– Но почему сейчас вы не хотите изменить такое положение?
– Да потому, что они не приезжают, – развел руками Влад.
Понимая, что в этом споре он проиграл, председатель возмущенно фыркнул и, развернувшись, стремительно зашагал к челноку. Разведчик вернулся в свой кабинет и, включив комплекс связи, вызвал непосредственное начальство. Требовалось доложить о начале проведения операции под кодовым названием «Изгнание бесов». Именно так эту комиссию окрестил сам разведчик, в очередной раз жалуясь на усталость от бесконечной говорильни.
Дождавшись ответа Кудасова, разведчик вежливо поздоровался и, быстро доложив о передаче арестованной, мрачно спросил:
– Виктор Алексеевич, а детей нам обязательно с ними отправлять?
– А что тебя не устраивает? – не понял граф.
– Не знаю, – покачал головой разведчик. – Можете посмеяться надо мной, но чует мое сердце, что-то тут не так.
– Зная о твоем чутье, и не собираюсь, – очень серьезно ответил Кудасов. – Но эти проверяльщики оказались не так просты. Вчера на высочайшее имя пришел запрос о разрешении на перевозку ваших детей.
– А империя-то тут при чем? – не понял Влад.
– Все просто. Официально вы являетесь свободной планетой, и ввоз большого количества детей иного государства должен быть официально разрешен.
– Бред. Все эти дети по праву усыновления являются подданными империи, и разрешение на посещение страны им просто не требуется, – решительно возразил разведчик.
– О черт! А ведь точно. Как же иначе они могут претендовать на льготное обучение? – схватился за голову Кудасов. – Все. Точно, на пенсию пора. Элементарные вещи упускать начал. Но теперь уже ничего не исправишь. Его величество сегодня утром дал разрешение на перевоз детей.
– Плохо, – проворчал Влад, резко помрачнев. – А может, сказать им, что поселенцы решили отказаться? Проверить-то они все равно не сумеют.
– Я же говорю, поздно уже. Нам с тобой только международного скандала не хватает для полноты счастья. Тебе проблем мало? Так я еще подкину, – с каким-то злым весельем сказал Кудасов.
– Что там еще на наши головы? – не удержался Влад.
– Помнишь, в команде террористов, которых у вас арестовали, среди выживших одна баба была?
– Ну, помню, – настороженно протянул разведчик.
– Вот она, после психокоррекции и полного сотрудничества с нашим ведомством, выбрала для дальнейшего проживания вашу планету.
– Вот только террористов мне тут на проживании и не хватало.
– Я же сказал, после психокоррекции. Так что теперь она не опасна. Девка молодая, здоровая, грамотная. Пристроишь ее к делу какому-нибудь. Обживется, глядишь, и замуж выскочит, а там уже не до терроризма будет.
– Спасибо, успокоили, – фыркнул Влад. – У нас тут и так женщин больше, чем мужиков. Благо пенсионеры начали приезжать. Хоть как-то положение выравнивается. А тут опять баба.
– Не ворчи. Ну не могу я ее на другие планеты отправлять. Там уже давно все отработано, а самое главное, налажена связь с внешним миром. А нам надо, чтобы на какое-то время побыла в изоляции от бывших «соратников». Убьют ее, если узнают, что она на поселении находится.
– Ладно, присылайте. Запихну куда-нибудь на другой континент, от космопорта подальше, – вздохнул разведчик, махнув рукой.
– Тоже правильно. Когда собираешься детей отправлять?
– Завтра начну погрузку. Всех детей уже в поселок привезли, так что за день управимся, – помолчав, нехотя ответил Влад.
– Ладно, подполковник, не кисни. Бог не выдаст, свинья не съест. Может, еще и обойдется, – улыбнулся Кудасов, заметив его реакцию.
– Вашими бы устами, – не остался в долгу разведчик.
– Вот и договорились, – рассмеялся граф. – Все, подполковник. Как закончишь с детьми, сообщи. До связи.
– До связи, – вздохнул Влад, отключая связь.
Ему смертельно не хотелось доверять детей этим пришлым, но выхода не было. Заперев кабинет, разведчик уселся в свой снегоход и, запустив двигатель, не спеша поехал домой. Нужно было сообщить поселенцам о начале погрузки и уговорить жену не впадать в депрессию по поводу отъезда единственного сына.
Дома он был встречен радостными воплями Боба, уже неделю находившегося в состоянии эйфории от предстоящей поездки, и грустными глазами Лины, смотревшими на него с явной укоризной.
Делая вид, что ничего не замечает, Влад выпил чаю и, усадив жену рядом, тихо сказал:
– Значит, так, милая. Завтра погрузка. Больше тянуть нельзя.
– Влад, он же еще маленький, – вздохнула Лина.
– Забыла, как этот маленький в прошлом году снегоход угнал? – усмехнулся Влад, пытаясь отвлечь жену от грустных мыслей.
– А может, отложим еще на год? – зашла женщина с другой стороны.
– Лина, у меня самого от этой истории сердце не на месте. Но документы уже отправлены, и менять что-то поздно.
– Надо еще подумать, – уперлась женщина.
