– Глубоко забрались, – ни к кому конкретно не обращаясь, промолвил Илья Евгеньевич. Генерал равнодушно пожал плечами. Тренькнул сигнал остановки, дверцы лифта разошлись в стороны. – Ого!
Ученого можно было понять: он ожидал увидеть перед собой узкий коридор, но никак не большое помещение с потолком под пять метров. Ольга поправила очки, всю дорогу она молчала. Многочисленные контрольные посты охраны, казалось, не могли поколебать ее невозмутимости. Генерал жестом предложил следовать за ним.
«Шоу “За стеклом”», – думал Илья Евгеньевич, разглядывая работающих за прозрачными стенами людей. Кругом царила идеальная чистота, словно пол, потолок и стены были обработаны пыле– и грязеотталкивающими реагентами.
– Почти пришли, – сказал генерал, проводя карточкой по считывающему устройству электромагнитного замка очередной двери.
– Ух ты! – Открывшийся за стеклом вид пробил стену невозмутимости, возведенную Ольгой. Керимов промолчал, потому что мог выражаться только междометиями.
Громадная, залитая светом мощных прожекторов пещера нависала над людьми-муравьями. В пятидесяти метрах от застекленной галереи виднелись установленные блоки телепортационной установки, десятки техников в белоснежных комбинезонах крутились возле «бочек» накопителей.
– Монтируют вторую очередь, – пояснил генерал. – Первую, после юстировки, запустили три дня назад. – Керимов кивнул. Сработали на сутки раньше срока.
– Где разместили переходные камеры?
– Ниже, в оптимальной точке фокуса. Переходные камеры считаются хозяйством Рудина.
– Кто такой?
– Его фамилия и имя-отчество ничего вам не скажут. Совершенно другая епархия. Скажем так, его подчиненные раньше работали на «Биопрепарат». Большая часть персонала из сектора биологической защиты командирована из Оболенска. – Илья Евгеньевич понимающе кивнул.
– Питерский НИИ особо чистых препаратов и Любучаны?
– Всех хватает. Биологов и микробиологов здесь на порядок больше, чем физиков. Сумасшедшие люди, допекли уже. Трясут банками и канистрами с формалином, ругаются, что не пущаю их в чужие миры, все пороги обили. Установку только отстроили, как они угрями вокруг меня виться начали, некоторые «горячие финские парни» обещали взять штурмом центр управления первой. Пришлось грозить стволом, мушкой и поворотом оных против часовой стрелки в некоторых темных местечках, только после этого успокоились. Жалко им темных местечек. Хорошо вам, в первую группу отдали самых опытных микробиологов и бактериологов, впрочем, мне грех жаловаться. Пришли, – генерал открыл последнюю дверь.
– Ну, здравствуйте, черти полосатые! – Илья Евгеньевич обнял Сашка и хлопнул по плечу Чуйко Олега. Ольга отошла в сторонку и смотрела, как радостные люди жмут отцу руку, улыбаются, что-то говорят. Многие просто махали с мест руками.
Сегодняшний запуск осуществлялся в двойном составе. Установка второй группы только монтировалась, и люди работали совместно с группой Чуйко, назначенного главным над «иномирянами». «Бандерлоги» ходили гоголями, как же – Ремезов стал заместителем руководителя второй группы, а Максимушкин Олег числился в ведущих специалистах у Самого! Один Сашок был на разрыв. Его математические мозги требовались на всех фронтах. В результате он попал в список командного персонала базы. Произошедший с математиком казус тут же стал поводом для различного рода шуток. Лейтенант запаса именовался теперь не иначе как генерал-лейтенантом, господином Ба-а-альсым насяльником. «Насяльника» скалил зубы, обещая всем «джамшутам» знакомство с мамой Кузьмы и посылал шутников к тетке Фене с ядреным хреном.
Новый операционный зал был больше старого в три раза. Главный экран, собранный из дюжины плазменных панелей, занимал половину торцевой стены. Спецслужбы не поскупились на оснащение и оргтехнику. Новейшие серверы и компьютеры радовали глаз всех присутствующих.
– У-у, медведи косолапые, всю руку отдавили, – шутливо возмущался Илья Евгеньевич. – Кто руководит запуском?
– Чуйко за старшего, – покосившись на генерал-майора, ответил Ремезов.
– Растет Олег Владиславович! Через сколько начнем?
– Минут через двадцать. Поможешь нам, волшебница? – спросил Алексей Ольгу. Керимов краем уха прислушался к разговору, можно было сказать, что «Волшебница» теперь навечно прилипнет к дочке.
– Операторам занять места, доложить о готовности, – донесся усиленный динамиками голос Олега Чуйко.
Илья Евгеньевич и Ольга стояли перед главным экраном. Дочь, прищурив глаза, смотрела на громадный диск голубой планеты, выныривающий из-за гор. Точка выхода в этот раз была другая, вместо секвойного леса перед наблюдателями была переливающаяся бликами гладь большой реки.
– Его здесь нет, – сказала Ольга.
– Как нет, а где же Андрей? – удивился Илья Евгеньевич. Операторы и гебисты бросили на девочку заинтересованные взгляды.
– Там! – Изливающая на мир голубой свет планета скрылась за большим облаком. – Там, – повторила Ольга, указав пальцем на появившуюся из-за облака планету.
