Взгляды вновь прибывших скрестились на мне. К счастью, даже во время проверки татушки Афониан не стал снимать покрывало, лишь задрал его с одной стороны, оголив плечо и шею. А потом фата сама сползла обратно. В общем, мой стыдливый румянец надёжно спрятался за белоснежным кружевом.
— Кхе-кхе, — прервал гномку Диван Диваныч. — Насколько я понял, никто никого не вызывал, она сама из портала выпала.
— Вы знаете, а ведь общая напряжённость магического поля, вызванная особым настроением юных драконов, ещё плохо контролирующих свои порывы, могла спровоцировать открытие портала, — задумчиво проговорил Менторис.
— То есть мы и в этом виноваты? — снова вспылил Валера.
— Прошу внести в протокол, — леди Кастарция посмотрела сперва на судью, а потом его секретаря. — Моя подопечная не успела подготовиться, хотя бы личные вещи захватить, а её эти юноши буквально выдернули из привычного окружения.
— Это пока не подтверждено, нужно провести сравнительные испытания, — смутился Менторис.
— Я участвовать в экспериментах отказываюсь! — первым сообразил Лёня. — Мне и одного раза хватило.
— Так что же произошло?! — нервно поёрзала на жёстком полу мама Дрюни. — Ни за что не поверю, что мой сын свяжется с какой-то бродяжкой, не способной удержаться в своём мире.
— И это в протокол! — нахмурилась Кастарция. — Оскорбление беременной драконицы. Десять тысяч золотых.
Трандиль согласно кивнул и сделал пометочку у себя в огромной тетради.
— Драконицы? — удивился рыжий папа Кузи.
— От кого беременной? — выцепила главное обстоятельство Дрюнина мама.
— От всех четверых! — радостно сообщила гномка и полюбовалась выпученными глазами родителей моих бывших мужей.
— Как… необычно… — мечтательно разрумянилась мама Лёни. — Но это же неприлично! — спохватилась она и сделала осуждающее лицо, хотя я успела заметить блеснувшую в глазах зависть.
— Ничего неприличного! — вступилась за меня Хеля. — Наша малышка до сих пор девственница.
— Бред какой-то! — буркнул сердитый папаша Дрюни.
— Нет, всё абсолютно научно и проверено самыми точными артефактами, — снова подал голос Менторис и на несколько минут завёл свою наполненную сложными формулировками речь, от которой начали слипаться глаза почти у всех сидящих.
Кстати, оба храмовника присоединились к нашей компании и с интересом выслушали лекцию, кивая в особо заковыристых местах, где остальные окончательно запутались в терминах.
— Да, очень интересный случай! — заключил жрец в сером. — И вполне рабочая теория.
— Но что же теперь делать? — забеспокоилась тихая мама Кузи, до этого совершенно незаметная на фоне своего огненного супруга.
— Всё уже сделано! — торжественно объявила гномка, будто это она собственноручно решила сложную проблему. — Мальчики по очереди женились и развелись. Теперь их отпрыски не станут бастардами.
— Четыре мужа! — мама Лёни снова впала в восторженное состояние. — И четыре развода. Это самая необычная судьба. Надо обязательно написать роман. Только без разводов.
Все обернулись к размечтавшейся начинающей писательнице. Но озвучить общее недоумение решился только папа Дрюни:
— Многомужество у нас запрещено!
— Так я отправлю героев путешествовать по миру, а в Демонии можно всё, — деловито сообщила блондинка, уставившись куда-то на сводчатый купол храма, пребывая в мечтах о будущей славе.
— Ну, далеко не всё, — поправила её леди Кастарция. — Но да, многомужество и многожёнство пока не запретили. Хотя всё меньше желающих вляпываться в столь сложные отношения. Вы не представляете, какие коллизии при разводе это сулит.
— О! Я бы почитал на досуге что-то из судебной практики Демонии, — Трандиль придвинулся к моей опекунше и даже едва заметно подмигнул.
— Заходите как-нибудь в гости, у меня где-то были старые конспекты, — вернула ему улыбку Кастарция.
— Подождите! — прервала романтические настроения мама Валеры. — А с кем будут проживать дети?
Диван Диваныч закусил губу и уставился на секретаря. И тот не подвёл:
— Согласно уложению от восемьсот пятого года в случае, буде драконица, побывавшая в законном браке, осталась одна и родила в разумный срок наследника, оный ребёнок остаётся на попечении драконицы, но при финансовом вспоможении родственников мужа. Там, конечно, имелась в виду гибель супруга. Но и для развода подойдёт. Так что помимо штрафов ждите решение суда о сумме, которую будете ежегодно вносить на счёт наследника.
— Это что за бред?! — не выдержал папа Дрюни. — Мы будем протестовать! И наверняка найдётся другой закон, который учитывает права живого отца ребёнка. Может, мы сами готовы заняться воспитанием. Нельзя доверять такое важное дело какой-то пришлой, да ещё и окружённой всякими… не драконами.
— Эх… Не прокатило, — расстроенно шепнула мне леди Кастарция.
А я похолодела. Всего сутки, как меня назвали беременной, но уже настроилась на милых деток. И что? Их у меня могут отобрать?!
— Ну, до родов или откладывания яиц время есть ещё, — примирительно пророкотал Диван Диваныч. — Давайте не будем горячиться и нервировать будущую маму. Это и для деток вредно.
