С другой стороны, Релкин задавал себе вопрос, что может рассказать он Зулбанидесу без особого вреда. Кое-что он ему, конечно, расскажет, но он уже чувствовал, что совершил ошибку, выболтав так много Пессобе. С третьей стороны, Релкин же не владел государственными тайнами империи!
– Как ты на самом деле пришел сюда? – начал вкрадчивый голосок.
Особого вреда в рассказе Релкин не видел.
– Мы пришли на белых кораблях. Это было долгое путешествие. И у нас, будьте уверены, случилось несколько приключений по дороге. Потом мы высадились на побережье Согоша и пошли маршем на Кубху, где дали сражение армии Крэхина. Многих из них прикончили. Там мы долго не задержались, но меня с Базом пригласили на торжественный обед с королем. Это произошло потому, что вышло происшествие, когда короля чуть было не убили, но, к счастью, мы оказались рядом.
Релкин помолчал; промолчал и Пессоба. Обе серебристоволосые голубоглазые головы были повернуты к человеку; во взглядах обоих эльфов читался нескрываемый интерес.
– Ну, короче говоря, вскоре после этого мы ушли и отправились на запад. Это был самый долгий из всех, что помню, марш, и все на этот жуткий запад. Перевалили там через высокие горы, те, что называют Валом Солнца. Вы слышали о таких?
Вал Солнца – Зулбанидес отлично знал, что это такое.
– Ашот Дерет, – неохотно сказал он.
– Ну и холодно же там на вершинах, скажу я вам. Но мы перевалили через эти горы и пошли дальше на запад по реке. Построили большие плоты, которые могли нести армию и драконов, и стали сплавляться вниз. Потом мы пришли в место, которое называют Земли Ужаса.
– Нарга Дулачу. Тень там никогда не поднимается. А чудовища стерегут свои земли.
– Ну ладно, пуджиш нам особых неприятностей не доставляли поначалу, пока мы все не заболели лихорадкой. Вся наша армия. Буквально все свалились в жару. Думаю, мне повезло, потому что я не заболел. Мы все поправились, но на это ушло много времени. Потом мы пошли на север и пришли к побережью Внутреннего моря, там такая масса воды.
– Уад.
– Правильно, Уад аль Наб. Так называют его в Ог Богоне.
– Так значит, ты видел Уад. – Удивление Зулбанидеса теперь в равных частях было разбавлено неприязнью и уважением.
– Там мы дрались с крэхинцами, на Тог Утбеке. Мы разбили их, но и они нас сильно потрепали.
Что-то в глубине души удержало Релкина от рассказа об оружии повелителя и о том, как тяжко пришлось легионам на поле Разбитых Камней. Он решил об этом вообще ничего не говорить.
– Потом небольшая группа отправилась на остров, тот, что называют Костью.
Зулбанидес пристально взглянул на мальчика холодными золотисто-голубыми глазами.
– Ну, там была вражья ставка. Мы отыскали врага и отправили его к Гонго. Теперь его тень обитает в покоях смерти. Но тут вулкан разбушевался, и нас с Базом выбросило в море. Мы плыли очень долго. Никто не выжил бы там без виверна – а они могут плыть вечно. Мы вышли на южный берег моря – позади Земель Ужаса. Сначала было трудно, долгое время мы не могли раздобыть еды, но потом стали есть пуджиш, потому что они шли за нами и их легко было убивать. Ну, конечно, на самом деле это не было легко, они дьявольски быстры, но Базил быстрее, и против его меча им не выстоять. Клянусь богами, с этим мечом не справились боевые тролли из Падмасы, не справились и пуджиш. – Релкин хлопнул себя ладонью по бедру, улыбнувшись слушателям. – Так что потом еды нам хватало.
Эльфийские лорды не спускали с него золотисто-голубых глаз.
– Изумительно, милорд. Он утверждает, что ел кебболдов, в то же время имеет какого-то ручного водного кебболда. Все довольно причудливо. Мир изменился со времен Гелдерена.
– Ах, Пессоба, мы не должны говорить о Гелдерене. Мир не нуждается в нашем руководстве, как сказали нам короли. Мы ушли и не должны оглядываться назад. И все же я должен согласиться, что это существо преподносит нам нечто замечательное. Очень хорошо, что вы раздобыли его для Общества.
Зулбанидес снова повернулся к Релкину:
– А как случилось, что ты стал вожаком этих арду? Там, на далеком севере, у вас есть арду?
– Мы нашли девушку и помогли ей. Она была ранена вашими проклятыми работорговцами.
Губы Зулбанидеса скривились в улыбке:
– Ты прошел весь этот путь на юг и едва не уничтожил торговлю рабами всего лишь из-за ардусской девки?
– Рабство само по себе плохо. Ни один человек не имеет права владеть другим.
Глаза эльфа стали ярко-золотыми.
– Похоже, Пессоба, он считает нас людьми. Удивительная наглость, вам не кажется?
– Удивительная, милорд.
Зулбанидес перевел взгляд на Релкина, и тот сразу же почувствовал давление необъятного, сверхчеловеческого разума, сконцентрировавшегося на нем.
– Я не какой-нибудь там человек, ребенок. Моя раса древнее.
– И это дает вам право владеть людьми?
– Да. Так же как люди имеют право владеть лошадьми и собаками, так и я имею право владеть людьми. Они – ничуть не больше и не меньше других животных. Все существуют для моего удовольствия и моих дел.
