– Я солдат, – проворчала Джо и встала рядом с Хагетом возле двери в камеру.
Остальные подошли к ним. Даже Искатель приготовился действовать.
В камеру вошли начальник станции, офицер СТАЗИСа и целый отряд подручных.
Хагет любезно улыбнулся:
– Выше нос, девочки! Мы все совершаем ошибки.
– Не переигрывайте, – проворчала Джо.
Сотрудники станции выпустили их, вернули личные вещи и снаряжение и посадили в автобус. Тот привез их к стоявшему на стыковке рейдеру, который охраняла неустойчивая голограмма юноши в мундире, вышедшем из употребления три тысячи лет назад.
– Коммандер Хагет, – проговорил юноша, – пройдите с вашими людьми на борт. Начальник станции, я просмотрел вашу базу данных. Доставьте ко мне следующих сотрудников.
Далее последовал список из сорока шести имен с указанием должностей.
Начальник станции попытался протестовать.
– Я уже выпустил одну адскую карусель, – продолжал юноша. – Ваша станция сумеет выдержать не больше семи.
Начальник станции внял предупреждению.
– Я отсылаю на станцию экипаж и пассажиров конфискованного чолотского путешественника «Славное утраченное». Всех пассажиров надлежит доставить в оговоренное контрактом место назначения за счет Дома Чолотов и выплатить им компенсацию за доставленные неудобства и потерянное время.
Рейдер не был оснащен удобствами. Арестованные и спасенные сгрудились в общем отсеке, вскоре провонявшем страхом и экскрементами, поскольку никаких устройств для их удаления на борту не нашлось. Некоторые из арестованных начали жаловаться Хагету.
– Заткнитесь. Я здесь решаю не больше, чем вы.
Рейдер втянулся в корпус «IV Траяны». Сторожевой корабль уже шел в колее, приближаясь к Паутине.
Та же самая неустойчивая голограмма юноши поджидала прибывших у выходного люка. Казалось, он не видел никого, кроме Хагета.
– Выводите их, коммандер.
Хагет кивнул Джо. Она вытолкала арестованных наружу и построила в колонну по трое. Они теперь пребывали за пределами страха, в состоянии той тупой, смиренной, коровьей антиистерики, какая охватывает всех жертв великих бедствий и зверств. Потухшие глаза превратились в стекла с односторонней прозрачностью, ограждающие их от реальности. Однажды ты проснешься и поймешь, что это был только дурной сон.
Ха!
Впереди загорались огни и гасли у них за спиной. Внешне этот сторожевой корабль напоминал «VII Гемину». Только здесь царила пустота. Населенная призраками пустота, вызывающая у Джо ощущение заброшенности и одиночества. Как будто ее разморозили и она обнаружила, что корабль остался без экипажа, но продолжает двигаться вперед. Иногда перевозчики и путешественники выходили из Паутины именно такими. Без единого человека на борту, кто мог бы рассказать, что случилось с остальным экипажем.
Они полчаса добирались до цели. Все тот же голографический юноша уже поджидал их.
– Арестованных налево, коммандер. Ваших подчиненных – направо.
– Джо?
Электронный барьер раздвинулся. За ним загорелся свет. Джо завела арестованных внутрь.
– Эй, поглядите, – сказал Дега. – Это же наш приятель капитан Тиммербах. Как настроение, старина? Не очень?
Ани-Каат одернула его:
– Освещение есть только там, где находимся мы, Дега.
– Я направляюсь по Паутине на Звездную базу, – сказала голограмма Хагету. – «Гемина» будет там до и после операции против пиратов. У меня мало возможностей для поддержания жизни людей. Я могу передать арестованных, как только допрошу их.
– Мой военконсул хотел бы, чтобы капитан летел дальше на путешественнике. И крекелен тоже, если это возможно.
Джо внезапно озарило, что Хагет сейчас говорит с «Траяной». Напрямую! Никто и никогда не говорил напрямую с «Геминой», и сам корабль ни с кем не говорил. Если бы такое произошло, весь экипаж обделался бы от страха.
Прыгнуть на Звездную базу. Домой. Здесь ощущалось слишком много одиночества и неуверенности. Джо недоставало почти семейной близости со своим отделением и взводом, точного знания, кто ты и где ты. Но она вовсе не скучала по суровости, отсутствию юмора и человечности высшего командования.
Что-то происходило здесь. Что-то странное, дикое, интересное. Нынешняя Вселенная была чужда той, в которой Джо родилась.
Родилась? Джо уже позабыла ту женщину, что носила ее в своем животе. Происходит ли это в обычных мирах до сих пор? Она не могла припомнить, когда в последний раз видела беременную женщину.
Там у людей нет личного бессмертия. Это не разрешается. Так может появиться кто-нибудь, обладающий слишком большой силой.
А это место казалось преддверием ада. Вокруг метались и сталкивались тени безумия. Ей отчаянно хотелось уйти отсюда.
Когда-то давно она жила в обычном мире, маленькая девочка, которая могла поднять голову и посмотреть в открытое небо… Что за ерунда с ней творится?
Черт! Это жуткое место. А у этой проклятой призрачной «Траяны», похоже, начался словесный понос, который не закончится, пока она не высадит их на Звездной базе. Болтает, как старый сумасшедший отшельник, не встречавшийся с другими людьми по меньшей мере тридцать лет.
Мать-паучиха сожрала собственных паучат, а теперь плачется о своем одиночестве.
