Дракон Нерождённый полностью

– Архаддир. Первое воспоминание: мать кричит на меня трёхлетнего за то, что принёс в дом дохлую кошку. В смерти всегда виделось нечто завораживающее. Рыбак нашёл меня поздно, после шести лет, но, по счастью, школа при университете Мистакор приняла на обучение. Потом учился в самом Мистакоре, ещё позже – преподавал. Тайно практиковал запрещённые грани Искусства, долго избегал внимания. В конце концов удача изменила и пришлось спасаться бегством. Если бы не ваш великий отец, я сгорел бы на костре Инвестигации. Он спас меня тогда и указал путь. Великий волшебник и человек. Всё, что я любил, и за что меня ненавидели в прошлом, оказалось полезно ему.

– Он не осуждал, но каждому помогал понять, что тот полезен.

– Именно, прекраснейшая госпожа. До встречи с ним, я и не жил вовсе, только существовал, занимаясь бесцельным поиском знаний. Он дал мне смысл.

– И поддержку.

– И подлинную силу.

– Он не бросал тех, кто был ему верен.

– И мы не бросим его, прекраснейшая госпожа. Я не брошу. Не могу. Ваша очередь.

– Что? – не поняла женщина.

Одинокий глаз буравил её спину взглядом мёртвой рыбы, и Зиру чувствовала это.

– Я рассказал о себе. Ваша очередь.

– Не смей ничего требовать, – предостерегающе скрежетнула она.

– Не смею, прекраснейшая госпожа. Но мне интересно.

Она была ему интересна, и по какой-то причине это всё меняло. Зиру сама не знала по какой, разве что догадывалась.

– Я родилась и прожила своё детство в храме Элрога в Ур-Лагаше. Отца по-настоящему не знала, он редко появлялся и только для того, чтобы проверить моё тело и привести мастера. – Зиру ненадолго выпрямилась, стянула с руки чехол и показала великолепно сработанный протез; по сверкающему металлу пальцев тянулись рунные строчки, каждый сустав был произведением искусства. – Гномья сталь, лучший сплав на свете, руническая ковка. Сменила дюжину комплектов пока росла, каждый стоил состояние.

– Ваш великий отец не ведал скупости, прекраснейшая госпожа.

– Единственные богатства, которые он ценил, хранились в книгах, а не на счетах, это верно. Хм. Когда он забрал меня к себе, я сильно боялась незнакомого сурового мужчину. Знаешь, почему?

– Потому что он был незнаком и суров?

– Нет. – Под капюшоном её лицо пошло спазматическими корчами, – Зиру иронично усмехалась. – Потому что он не боялся меня. Смотрел в моё лицо, в мои глаза и не боялся. Я даже не отвращала его… такое… такого никогда прежде не было. А потом он сказал, что у меня есть потенциал, и что я должна быть полезной.

– Всякому находил применение, давал смысл.

– Он подчинил себе моккахинов и назвал меня, ребёнка, их госпожой. Обязал учить. И они учили. Беспощадно, – как надо. В этом городе я проходила часть практики, сдавала экзамены. Сколько жизней было отнято душными пряными ночами… сладкая ностальгия.

– Похоже, – бестелесный шёпот вяз в воздухе, – мы с вами оба охотники, прекраснейшая госпожа. Каждый со своей целью и каждый в своём городе, но мы охотились и получали от жизни удовольствие.

Она тихо засмеялась и уронила зеркальце в воду за миг до того, как рядом появилась сияющая башня стали.

– Вы привлекаете слишком много внимания, – сказал один из сынов Арама Бритвы. – Вернитесь вниз.

– А ты внимания не привлекаешь? Солнечные зайчики бегают по всему городу пока ты тут…

– Вы привлекаете слишком много внимания, – повторил биоморф. – Вернитесь вниз.

– Безмозглая кукла.

– Прикуси язык и шевелись, убогая – бросил воин Стального корпуса.

Зиру мгновенно развернулась, готовая поставить зарвавшееся ничтожество на место, но не успела.

– Твой хозяин слишком много позволяет себе, – прошептал Эгидиус Малодушный, обращая мертвящий взгляд на биоморфа, – однако ты, пёс, не имеешь права даже раззеваться свою мерзкую пасть в присутствии прекраснейшей госпожи. Проклинаю.

Воин упал навзничь, и вся его фигура затряслась, залязгала, кровь и смрадный гной брызнули из доспеха, внутри шлема глухо звучал бурлящий крик пока всё просто не оборвалось. Такой жестокой и отвратительной расправы Зиру не видела много лет… она точно знала, о чём будет фантазировать грядущей ночью.

– Я уже взрослая девочка, – скрежетнула госпожа убийц, переступая через останки и пряча под капюшоном широкую улыбку, – сама способна постоять за себя.

– Простите мне это самоуправство, прекраснейшая.

Колдун похромал следом.

Ни одна река мира не могла сравниться по ширине и глубине с великим Золотым Червём, но он погибал, втекая в Харандийские болота с севера. Однако же с юга из них вырывались его дети, огромные и полноводные Темер, Харистин, Бульнар, Инра и Тиферит. Эти могучие потоки наделили королевство Армадокия вторым именем, которое со временем стало первым, – Речное королевство.

Корабль покинул Илеас и продолжил путь на северо-запад до развилки речных потоков. В определённый момент все двери и иллюминаторы были плотно задраены, а на верхней палубе никого не осталось. Несколько магнитников начали давить на металлические элементы судна, погружая его под воду целиком.