На седого мужчину, вжатого в стену и неспособного сдвинуться, надвигался снежный вал. Рыча от ярости, дракон снова и снова дышал белой стужей, которая прямо в полете превращалась в стрелы льда, что с жутким треском врезались в дрожащую воздушную защиту несчастного.
Таумаран взлетел, плавно разводя руки и перед носом дракона возникла огненная стена. Возможно, этого бы хватило для спасения незнакомца, но в это время Пузан добрался до правой передней лапы и с писклявым хохотом шлепнул странной зеленой печатью по кандалам.
Сволочь крылатая! Теперь понятно, для чего ему нужна была карта подвалов, противный толстяк искал помещение, подходящее по размерам, чтобы спрятать дикую громадину. Но зачем, зачем он освобождает теряющего разум короля? Надеется, что тот разнесет дворец? Какой в этом смысл?
Печать заискрилась, по оковам пробежали искры, и они раскрылись, освобождая лапу. Дракон радостно взревел и попытался достать седого когтями. К счастью для незнакомца, ему на помощь пришло уже несколько защитников.
Перед мордой дракона летали двое - легко парящий темнокрылый Таумаран, который перекрывал обзор огнем, не позволяя дикому сосредоточиться и увидеть жертву, и Хагара, чью тяжелую персону каким-то чудом удерживали серые крылья, расцвеченные зигзагами молний.
Повинуясь движениям ладоней Ирги, с пола подскакивали камни и разломанные предметы мебели, которые я только сейчас заметила. В предметах, бомбардирующих дикого дракона, можно было угадать остатки шкафа, стола, кресел и даже огромной, украшенной позолоченными вензелями кровати. Судя по ним, эту гигантскую, похожую на пещеру комнату, когда-то вполне уютно обставляли, готовили для ночевки. Сейчас от прежней красоты остались лишь обломки.
Пока двое «летучих» отвлекали, Джага оттаскивал потерявшего сознание седого к выходу.
А я, наконец, обошла «объект» с тыла и ринулась к ближайшей задней лапе с целеустремленностью комара, обнаружившего на вечернем пляже заснувшего туриста. Ну все. Сейчас я…
Ах. Холодно то как! Лапа оказалась ледяной на ощупь, вот же не повезло несчастному родиться снежным драконом. Стиснув зубы, я сильнее прижала руки, пытаясь пальцами влезть между чешуек и достать до кожи.
Исходя из личного опыта, который когда-то едва не свалил Криспиана, мне нужно оторвать одну из пластинок. Через рану мое проклятие лучше работает. Но без инструмента я буду колупать эту тушу до морковкиного заговенья*.
Так, мне нужно что-то острое, типа ножа, меча или длинного гвоздя. Последний хорошо бы укомплектовать молотком.
Я представила чудесное видение, в котором некие волшебные слуги приносят мне гвозди, молоток и скамеечку, чтобы удобнее было работать. И пока парни отвлекают скованного дракона, я изо всех сил луплю инструментом, сообщая остальным: «Не давайте ему оглядываться! Я почти! Удержите «пациента» еще минуту!».
Мне бы хотя бы кол… Чтобы я теперь куда-то ходила без кола, да ни за что!
Я попыталась сосредоточиться, отвлечься от криков и рычания, повернула голову и… обнаружила Пузана, деловито спускающегося к соседней драконьей лапе. Качающейся неровной походкой, старательно балансируя крыльями он шел к сдерживающим ее оковам. Но при этом помесь горгульи и летучей мыши поглядывал в мою сторону и, когда обнаружил, что я его вижу, прибавил ходу. Практически допрыгав к запорному механизму, эта сволочь поднял над головой странную печать, при этом явно красуясь и одаряя меня широкой щербатой улыбкой.
Выглядел несколько синеватым от холода, но довольным. И совсем не был похож на полуразумное животное, слишком уж расчетливым выглядело каждое его действие. Еще мгновение и он хлопнет руной по магическому замку.
Зато дальше произошло давно ожидаемое. По крайней мере – мной.
Сверху, лихо и резко, словно орел на зазевавшегося хомяка, спикировал Сиротка. Ухватившись обеими лапами за камень с руной, он дернул его вверх.
- …! - непечатно сказал Пузан. – Да сколько же можно!
Щекастая физиономия исказилась помесью неверия и обреченной тоски.
Юный герой ему не отвечал, а лишь торопливо молотил крыльями воздух, старательно вырывая добычу из лап врага.
Несколько секунд они боролись с переменным успехом, перетягивая печать то вверх, то вниз. Пузан был тяжелее и больше, но наглая юность брала напором и непоколебимой верой в собственные силы. Иначе говоря – Сиротку мотало бельем на ветру, но печать он не выпускал.
Непонятно чем закончилось бы противостояние, но дракон во время боя сильно дернул хвостом, хлещущим движением ударив в стену, и та неожиданно быстро пошла трещинами. Судя по светлым потекам в кладке, сооружена эта сторона была намного позже, чем другие стены. И оказалась не в пример более хлипкой.
В полутьму «камеры» хлынул дневной свет, выхватывая бликами белые хлопья парящего в воздухе снега… дергающегося в ярости, пытающегося освободиться дракона… все медленнее летающих Криспиана с Хагарой. По ушам грянул дальний гром, который как я теперь знаю и не гром вовсе.
Сошедший с ума монстр рванулся, отвечая на зов. И в обратном направлении полетел гибкий длинный хвост. Прямо на меня.
----
