Собрав волю в кулак, я обернулась и, стараясь придать себе безразличный, даже скучающий вид, поделилась соображениями:
– Что ж, хорошо, вот что я думаю… Мне кажется, вы и правда не должны были говорить мне про покушения и все остальное. Не понимаю, для чего мне знать о покушениях и внутриполитической грязи? Еще я усвоила важное: ваша должность обязывает вас быть холодным и предусмотрительным, заботясь прежде всего о короле и его отпрысках. Вы доступно мне это объяснили. Клятва короне и интриги вокруг нее – это ваша жизнь, и даже смерти вокруг вас не пугают. Осуждать вас я не имею права и не собираюсь, но мне лестно, что вы все же решили не бросать меня в сложившейся ситуации. Ну и… остается лишь верить, что все наладится.
– Это… интересные выводы.
– Спасибо.
Геррард чуть склонил голову, разглядывая меня слишком пристально.
– Еще что-нибудь? – уточнил он. – Или выводы кончились?
– Да, кое-что еще. – Посмотрев на него с вызовом, я сообщила: – Хотелось бы знать, как себя чувствует эр Ян Корст.
Мой собеседник посерьезнел. Глаза, и без того темные, совсем заволокло тьмой, а на скулах показались желваки.
– Для чего?
– Для чего? – удивленным эхом повторила я. – Мы с ним были обручены, собирались пожениться. Я волнуюсь о нем. Разве это не очевидно?
Судя по недовольству на лице Геррарда, очевидно ему ничего не было.
– С ним все хорошо, – теперь тон Андриса стал другим, более чужим и властным.
– Хорошо? Какое интересное определение. Его пытались убить, – напомнила я.
– Но не убили.
Теперь в его голосе мне послышалось сожаление. Старший советник даже позволил себе слегка поморщиться, показывая тем самым, насколько неприятна ему живучесть Яна и поднятая тема в целом.
Ранимый какой, надо же! Подумаешь, кого-то там чуть не погубили, это же не принц – значит, неинтересно!
– Ян мечтал работать на вас, – зло напомнила я. – Он просто бредил идеей, как станет незаменимым сотрудником. И он не злой человек, эр Геррард, но попал в руки негодяев из-за моего проклятья.
Старший советник посмотрел на меня удивленно.
– Какая глупость, – сказал он раздраженно. – В этом все дело? Вы и правда вините себя?
– Само собой. Он… испытывал ко мне чувства и поплатился за это.
Геррард фыркнул, совсем как моя сестра в минуты высшего раздражения:
– Даже не смешно, эра Марианна! Уверяю, Корст стал жертвой политических интриг, и да, скорее всего это случилось из-за его маниакального желания стать моим секретарем. Он виноват не меньше, чем те, кто вовлек его в игру. Я с этим разберусь. А его жизнь теперь вне опасности. Этого достаточно?
– Нет. – Я немного замешкалась, прежде чем озвучила придуманное несколько дней назад желание. – Помните, вы обещали выполнить одну мою просьбу? В честь дня рождения. Так вот, мне хотелось бы видеть эра Корста. Я должна убедиться, что он в порядке.
– Моих заверений вам недостаточно? – Геррард сложил руки на груди и уставился выжидающе.
Я покачала головой.
Старший советник чуть отклонил голову назад, задумчиво взглянув на потолок, а затем безрадостно на меня. По всему выходило, он был ужасно недоволен услышанным, но не спешил высказываться на этот счет. Молчание затягивалось, и мои нервы лопнули первыми.
– Прекратите пытаться меня напугать, – зачем-то сказала я.
Страха во мне не было ни капли, а вот ощущение неправильности собственных поступков и слов нарастало.
– Куда уж мне…
– Тогда не смотрите так! – Я нахмурилась, пытаясь подобрать подобающее определение к тому, как именно он на меня смотрел, но ничего, кроме «вызывая чувство сожаления о сказанном», не придумала. Потому передернула плечами и капризно закончила: – У меня от вас мигрень! Вы что, пытаетесь проникнуть в мою голову?
Геррард заломил бровь, покачал головой и медленно проговорил:
– Боже упаси меня от проникновения… в вашу голову.
– Как это понимать? – Я, кажется, покраснела. – Считаете, там настолько глупые мысли, что и слышать такое страшно?!
– Считаю, что хочу быть с вами честным, Марианна, и не «читаю» вас против воли. Хотя многое из того, что вы испытываете, все же оказывается «на слуху», и тут я бессилен.
– Могли бы заткнуть уши, – сердито ответила я, с ужасом подозревая, как могла выдать свои тайные чувства глупыми мыслями.
На щеке Геррарда, в месте шрама, в который раз появилась ямочка – верный признак того, что советник короля не проникся моим плохим поведением.
– В любом случае я рад, что с вами все хорошо, – сказал он, внезапно тронув кончик растрепавшейся косы, лежащей на моей груди. Захватив волосы между указательным и большим пальцами, старший советник потер их, словно пробуя на ощупь, и улыбнулся еще шире, загадочно проговорив: – Так и думал.
Не прошло и пары секунд, как рядом оказалась съерра О’Нил. Замерев осуждающим, но молчаливым изваянием, она уставилась на старшего советника таким взглядом, что даже мне захотелось начать оправдываться. А ему нет.
– Всего хорошего, – мягко сказал Андрис Геррард, не обращая внимания на гувернантку. – Спокойных вам снов. Не забывайте принимать настойку, пока все не разрешится.
