Я кивнула ей и поспешила за леди Гадой. Женщина скользила впереди, будто не касаясь пола, и эта её плавность была до странности неестественной.
«Интересно, а чешуя у неё есть? – любопытно поинтересовался Арк. – Надо поискать что-нибудь о ламиях. Да и о других существах было бы неплохо узнать. У нас с тобой в этом большой пробел».
Гада резко остановилась и повернулась ко мне. Её глаза сузились, сверля меня тяжёлым взглядом.
«Неужели услышала мысли?! – пронеслось у меня в голове. – Точно, нужно узнать, что это за ламии такие».
Арк сразу замолчал, а я попыталась успокоить себя.
«Нет, ну какое чтение мыслей! Если бы в этом мире это было возможно, Морфиус первым делом бы мне рассказал».
Драконье сознание облегчённо выдохнуло.
Леди Гада усмехнулась.
– Вы очень необычная студентка, леди Селестра, – сказала она, всматриваясь в меня. – Не знаю почему, но у меня ощущение, что вы станете выдающейся в этой академии. К вам слишком много интереса.
Она развернулась и продолжила путь.
«Любопытно, а провидцы среди ламий бывают?» – снова подал ментальный голос дракон.
«Мне бы такое предсказание не понравилось, – вздохнула я. – «Выдающаяся» не значит «лучшая». И что-то мне подсказывает, что она имела в виду совсем не это».
Дверь к ректору леди Гада открыла мне сама.
– Прошу, – бросила равнодушно и отступила в сторону.
Я вошла.
Кабинет выглядел знакомо, почти. Теперь он был приведён в порядок: никаких следов наведённого мной хаоса. Шкафы были исправлены, стёкла в окнах – вставлены.
Найтфорд находился за столом. Лицо ректора было серьёзным и хмурым. В руках он держал какие-то бумаги, сосредоточенно их изучая. Напротив него, в кресле, сидел мужчина. Он вальяжно откинулся на спинку, поигрывая в руках тростью с набалдашником в виде змеи с раскрытым ртом, из которого торчали два острых тонких зуба.
– Добрый день, – тихо сказала я, остановившись посреди кабинета.
Найтфорд поднял на меня глаза и тут же отвёл взгляд.
– Ах, Луна Селестра! Проходите.
Несмотря на приглашение, я осталась стоять. Ректор не обратил на это внимания и продолжил говорить:
– Насколько я знаю, у вас осталась всего одна лекция.
Он отложил бумаги на стол и сцепил пальцы перед собой.
– У меня не слишком приятные новости… Мне передали документы, и они… – Найтфорд откашлялся, подняв взгляд исподлобья на сидящего напротив мужчину. – Может, вы сами ей всё объясните?
Моё сердце замерло на миг, а потом бешено заколотилось.
Ректор дёрнул уголком губ и чеканно произнёс:
– Познакомьтесь, это член совета организации «Высший свет магии», Рауль Зайтерес. Высший маг и Черномаг.
«Рауль Зайтерес! – изумлённо воскликнул Арк в моей голове. – Тот самый хранитель музея?»
Я стояла, не в силах пошевелиться.
Мужчина неспешно поднялся из кресла, повернулся ко мне и улыбнулся тонкими губами. Хотя нет, это был скорее оскал. И это действительно был тот самый человек, который приходил к нам домой, но он изменился.
Вместо изношенного плаща – идеально сидящий чёрный костюм. Взгляд – уверенный и пронизывающий. Исчезли нерешительность и сутулость. Лишь лёгкая щетина напоминала о прежнем хранителе.
– Я же говорил, что был близким другом вашей бабушки, – проговорил он твёрдо. – Мы много общались. Изабелла владела значимыми для нашей страны артефактами. Она очень боялась, что они могут попасть в руки ваших родителей. Вы знаете историю ваших родителей?
Я медленно кивнула, чувствуя, как в груди растёт тяжесть.
«Мне не нравится этот разговор», – проворчал Арк.
Рауль слегка поддался вперёд, опираясь на трость.
– В своё время ваша бабушка передала всё своё имущество, за исключением небольших денежных сбережений, историческому музею, – продолжил он.
У меня внутри всё оборвалось.
– Ваш дом, как и всё, что в нём находится, принадлежит истории Элестии, – спокойно добавил хранитель.
Всё вокруг будто зазвенело набатом в моей голове. Бум-бум-бум…
«Я не верю ему, – прорычал Арк. – Этот человек – проходимец, вор и лжец!»
Я бросила взгляд на ректора, надеясь увидеть хоть какую-то поддержку, но Найтфорд избегал смотреть на меня. А Рауль продолжая говорить:
– После внезапного исчезновения Изабеллы Селестры мы не могли воспользоваться её наследством, поскольку дом оказался запечатан. Сейчас, когда вы вернулись – её прямая кровь, вы можете снять печать и вернуть наследство его истинному владельцу.
Моё сердце всё так же глухо и болезненно стучало. Хотелось заплакать от несправедливости. Но Арк больше не мог сдерживать свой гнев:
– Под «истинным владельцем» вы, конечно, подразумеваете себя! – рявкнул он.
Хранитель, казалось, не заметил изменений в моём голосе. Да и кто бы на моем месте не начал вопить?
– Не мне, а музею, – прохладно поправил он. – Наша организация делает всё для блага страны. А учитывая, что артефактами и научными трудами вашей бабушки могут воспользоваться Темнокровые, «Высший свет магии» обязан исключить этот момент. В руках Черномагов ваш дом и все его ценности будут под надежной защитой. Правда, – он скривил губы, – изучение трудов Изабеллы и находящихся в доме артефактов, а также других магических вещей, исключает ваше нахождение в нем.
