Сон Йонг работает в космическом институте Пусана, встречается с коллегой-красавчиком и строит планы на будущее. Но очередное свидание оборачивается падением в чёрную дыру сквозь пространство и время, и Йонг оказывается в Чосоне 16 века, где идёт война с Японией. Теперь она вынуждена вспоминать прошлое и искать путь домой.Но мир этого Чосона не похож на тот, что Йонг помнит по урокам истории. Здесь оживают легенды и мифы, проводят шаманские обряды, здесь таинственный капитан чосонского войска скрывает от девушки какую-то правду, а в небе летает настоящий Дракон…
Делегация из Чосона1 — мастер Вонгсун, два его ученика и небольшой отряд — прибыли в храм Белого Тигра одновременно с японцами. Генерал Тоётоми, его сын и пехотинцы-асигару2 ждали у западного склона горы. Мастер Вонгсун поклонился, его ученики, весело переглянувшись, тоже согнули спины в приветственном поклоне. Генерал удостоил их легким кивком головы.
Японский отряд поднимался по горной тропе первым, мастер Вонгсун и его ученики шли позади.
— У него такие начищенные доспехи, — шептал старший ученик мастера, глядя в спину генеральского сына, — хорошая из него мишень при солнечном дне.
Младший ученик усмехнулся и возразил:
— Нет-нет, он ослепляет врагов издалека.
— А потом велит лучникам стрелять на поражение.
— Что я вам говорил, — прервал ехидные шутки своих подопечных мастер Вонгсун, — проявите уважение. Сын генерала прибыл сюда не ради вашего зубоскальства.
— А чтобы покрасоваться в новых доспехах, — хохотнул старший ученик. Младший засмеялся, толкнул его в бок на повороте тропы. Сопровождающие их воины сделали вид, что ничего не замечают.
Храм Белого Тигра ждал обе делегации, распахнув истертые временем двери. На пороге стояла, смиренно ожидая приближения гостей, молоденькая шаманка. Она поклонилась генералу и мастеру и тихо сказала:
— Она ожидает вас. Все готово.
Генерал и мастер зашли в храм друг за другом, ученики мастера шли следом и продолжали шептаться, и их тихие голоса теперь вместе с заплутавшим ветром уносились ввысь, под старые своды храмовых стен и крыши и застревали там в пыльной паутине:
— Зачем в этот раз японцы прислали целого генерала? Еще и сына притащил!
— А нас зачем позвали, ты, глупый.
— Один из нас преемник мастера, а второй будет его хранителем, нас наставления Кэмеко больше всех касаются!
— Это еще не решено наверняка.
— Много ты понимаешь. Ты младше меня, вот и не знаешь ничего.
Они приблизились к помосту, на котором восседала шаманка Кэмеко — седовласая старуха с изрезанным морщинами лицом, под которыми скрывались старые шрамы от когтей лисицы. Прежде жители острова считали, что она кицунэ3, но Кэмеко не спускалась с горы уже более двадцати лет, а лисиц в лесах Цусимы не видели еще дольше, и слухи со временем переплелись с местными сказками.
Окруженная ворохом белых одежд Кэмеко сидела с абсолютно прямой спиной и смотрела на прибывших за ее советами мутным взглядом: один глаз у нее был белым; вторым, серым, она смотрела только вперед, и было не совсем понятно, видит ли она своих гостей или только прислушивается к их осторожным шагам.
Генерал Тоётоми и мастер Вонгсун сели перед шаманкой на колени и низко поклонились. Сын генерала и ученики мастера остались стоять поодаль, за вторым кольцом деревянных колонн, окружающих главный помост. Младший ученик рассматривал посеревшие от времени изображения белого тигра на стенах храма, старший ковырял носком сандалии дыру в истлевшей половице.
— В прошлый визит ты был старше, — выдала вдруг шаманка хриплым голосом, глотая звуки. Было непонятно, к кому она обращается: голову старуха не поворачивала ни в одну сторону, руки держала на коленях, и дрожащие пальцы указывали в пол.
— Десять лет назад вас навещал Асано-сан, мой тесть, — склонился с ответом генерал Тоётоми.
— А с тобой был сын, — сказала шаманка, на этот раз мастеру Вонгсуну. Мастер прижал ладони ко лбу и тоже поклонился.
— Это был мой старший ученик, Кэмеко-сан. Не сын. Но он и сегодня со мной.
— Не с тобой он, — возразила ему старуха, понизив голос. — Вижу, он покинул тебя.
Ученики не понимали японского и не знали, что встревожило их мастера — только по дрогнувшей спине поняли, что беседа с шаманкой идет не так, как мастер Вонгсун предупреждал.
— А твой сын по чужой земле ходит, — продолжала Кэмеко, теперь обращаясь к генералу. — Ест и сытым не становится.
Генерал Тоётоми не изменился в лице, но рядом стоящие асигару услышали отчетливый скрип — так зубы стирают зубы. Ученики мастера переглянулись, пожали плечами, и младший не сразу расслышал скрипучий голос старухи Кэмеко:
— Всех время рассудит… И металлический дракон.
Мастер Вонгсун и генерал одновременно вскинули головы и посмотрели на неподвижную шаманку.
— Металлического дракона не видели сотни лет, Кэмеко-сан, — напомнил Тоётоми. Его сын, стоящий вдалеке от помоста на одном уровне с учениками мастера, сделал шаг вперед, но ему преградила путь безымянная шаманка.
