Дракон в свете луны полностью

– Таким обещаниям на войне не место, – сказал он наконец. – Ты прекрасно знаешь, что никому не под силу бороться с судьбой, если она решила оборвать чью-то жизнь. И как ты мог дать слово беззащитной особе, если человеческий век так короток в наше время?

– Я…

– Ох, нужно было женить тебя, пока был шанс, – повторил Хигюн и покачал головой. – От скольких бы проблем избавились разом…

Нагиль скрипнул зубами и промолчал.

Хигюн встал, рявкнул короткий приказ своему помощнику, и тот позвал обратно Рэвона. Нагиль оставался на месте и ждал ответа, пытаясь хотя бы придать себе вид спокойный и уравновешенный, пока внутри всё горело. Он устал и хотел спать, ещё больше – есть, но страх за Сон Йонг не дал бы ему сомкнуть глаз, и он даже понимал, что дело тут было вовсе не в возможной смерти. Из-за обещания или вопреки ему Нагиль должен был спасти госпожу.

Рэвон встал рядом с Нагилем и тоже стал ждать. Хигюн посмотрел сперва на него, потом опустил взгляд к сгорбленной фигуре капитана.

– Я уверен, что Дракон не станет убивать тебя, Мун Нагиль, – сказал он, стискивая в руках опустевший кубок.

Нагиль и Рэвон выдохнули одновременно:

– Что?

– Будь она хоть самой прекрасной женщиной на свете, капитан, нет смысла рисковать своей силой, – надавил Хигюн. – Дракон – всё, что сдерживает Тоётоми, всё, что есть у нас! Я не позволю тебе ставить под удар судьбу всей страны из-за личных прихотей.

– Это не прихоть!

Рэвон шагнул ближе к генералу и договорил, дрожа всем телом:

– Дракон убьёт его, если Сон Йонг погибнет, и вы потеряете и Великого Зверя, и капитана!

Хигюн бросил кубок в сторону.

– Я не давал слово предателю страны! Тебе, выродок, не снесли голову только потому, что я хочу, чтобы ты вернулся к Тоётоми и передал ему слова короля: «Вас не пощадят ни покровители Японии, ни ваш император, ни любая другая сила, и мы сожжём ваш флот и всех ваших людей»!

Нагиль вскочил с циновок и одним рывком отодвинул Рэвона с глаз генерала. Он мог бы придушить осоловелого Хигюна своими руками, не прибегая к помощи Дракона, но обошёлся короткой фразой.

– Я не подчиняюсь вам, генерал Хигюн, – прошипел Нагиль. – Не забывайте, я и мои люди не служат королю более. Я поступлю так, как велит мне долг, а потом верну Чосону свободу.

Хигюн побледнел от ярости, кровь сошла с лица, он вскинул руку, чтобы ударить Нагиля, но тот кивнул застывшему Рэвону и вышел из шатра. Он сказал всё, что нужно, и услышал всё, что хотел. Больше задерживаться в стане генерала не было смысла.

– Ты не посмеешь, капитан! – ревел ему вслед Хигюн. – Тебя казнят за измену, тебя и твоего брата-предателя!

Нагиль и Рэвон молча уходили из лагеря, провожаемые косыми взглядами уцелевших после битвы воинов.

– Скажи Тоётоми, что я приду к нему на закате, – велел Нагиль, оглядываясь через плечо на шагающего за ним Рэвона. – До тех пор пусть не сходит с места и даже не смотрит в сторону Конджу.

Он остановился у берега реки, где порозовевшая от крови вода пенилась и шипела у самых ног. Рэвон молчал.

– Если он хотя бы пальцем тронет Сон Йонг, – договорил Нагиль – слова вырывались прямо из груди и сгорали в воздухе, – я собственноручно вырежу ему сердце и скормлю Дракону.

Чжисоп. Бора. Ёнчхоль. Чжунги и Хёнсик. Погибших было больше, чем Нагиль мог представить. Их тела складывали отдельно от ополченцев, Чунсок повелел соорудить погребальные костры за стенами Конджу и с трудом смотрел в сторону своих бывших товарищей.

– Чжихо собрал всех в бывшем дворце, выхаживает их вместе с матушкой Кёнхой и Дочерьми.

– Гаин?

– Ранена, но жить будет. Я ещё не проверял людей в монастыре, но Дэкван дал отмашку, и многие вернулись в город искать своих родственников.

Нагиль кивнул, обошёл уложенные в ряды трупы, тянущиеся от самых стен Конджу вдоль боковых улиц до главной площади.

– Нам нужно устроить погребение по всем правилам, капитан, – сказал Чунсок. Он прихрамывал, но упорно шёл рядом с Нагилем и не хотел отдыхать.

Город дышал общими страхами и усталостью, напитывался скорбью по погибшим этой ночью, и слушать всеобщие стоны, звучащие с каждой секундой всё громче, было невыносимо до зубовного скрежета.

– Где Ли Хон? – спросил Нагиль. Среди убитых его не было, это проверили сразу же, но и рядом с живыми он не показывался с тех пор, как утихли звон мечей и предсмертные крики.

– Мы ищем его, капитан, – сказал Чунсок, помедлив. – Должно быть, он вернулся в монастырь и…

– Проверьте. Может быть, ему нужна помощь Чжихо.

Скорее всего, ему нужна помощь.

– Сэ, ёнгданте. Будет сделано.

Мощёную территорию старого тронного зала занимали солдаты. Чжихо вместе с Дочерьми и горожанками Конджу метались между стонущими ополченцами, куаргарра сердито раздавал указания и приближения капитана и генерала не заметил. Нагиль увидел Гаин, сидящую рядом с Ильсу, – они перевязывали руки друг другу.

– Капитан, – кивнули лучницы, как только Нагиль подошёл к ним.