Взглянув на доску, Мэт решил, что шансов у Гилла не много.
– Мне надо не попасться гвардейцам и вручить письмо Илэйн прямо в руки Моргейз, – сказал себе вслух Мэт. «Да держаться от них подальше. Особенно если они похожи на того жирного дурака. Свет, подумать только, он сказал им, что я приспешник Тьмы! Или мне послышалось?»
– Так ты до сих пор не отдал письма? – рявкнул Том. – Мне казалось, ты хотел поскорей от него избавиться!
– У тебя письмо от дочери-наследницы? – воскликнул Гилл. – Том, почему ты мне об этом не сказал?
– Извини, Базел, – пробормотал менестрель. Он сердито глянул на Мэта из-под густых бровей и дунул в усы. – Парень думает, будто кто-то так и рыщет вокруг и хочет убить его из-за этого письма, поэтому я решил позволить ему говорить то, что он хочет, и не больше. По-моему, теперь ему уже все равно.
– А что за письмо? – спросил Гилл. – Она возвращается домой? И с ней лорд Гавин? Надеюсь, оба они возвращаются. Я в самом деле слышал разговоры о войне с Тар Валоном, но сыщется ли где такой дурак, чтобы идти войной на Айз Седай? Ходят безумные слухи, дескать, Айз Седай поддерживают Лжедракона, появившегося где-то на западе, и используют Силу в качестве оружия. Но я сомневаюсь, что кого-то можно заставить воевать с ними, нет уж, увольте!
– Вы женились на Колин? – спросил его Мэт, и мастер Гилл опять вздрогнул:
– Да упаси меня Свет! Будь она моей женой, ты бы подумал, что гостиница принадлежит теперь ей!.. А какое это имеет отношение к письму дочери-наследницы?
– Никакого, – ответил Мэт, – но вы так долго разглагольствовали, что, по-моему, забыли о собственных делах. – Гилл поперхнулся, а Том громко хохотнул. До того как хозяин гостиницы смог заговорить, Мэт поспешил добавить: – Письмо запечатано. О чем оно, Илэйн мне не сообщала. – Том искоса поглядывал на Мэта и поглаживал усы. «Не думает же он, что я признаюсь, что мы вскрывали письмо?» – Но я не думаю, что она решила сейчас вернуться. Она намерена стать Айз Седай. Так я считаю.
Мэт рассказал Гиллу и Тому о своей попытке вручить письмо, опустив некоторые подробности, о которых им не нужно было знать, и сгладив пару острых моментов.
– Новые люди, – определил Гилл. – Офицер, по крайней мере. Готов биться об заклад. Они не лучше разбойников, я имею в виду большинство из них, кроме некоторых, с вороватыми глазами. Ты, юноша, подожди до вечера, когда сменятся гвардейцы на воротах. Сразу же скажи им имя дочери-наследницы – и, если новый офицер тоже окажется одним из людей Гейбрила, немного наклони голову. Треснут тебя по лбу, только и всего, зато у тебя не будет больше неприятностей.
– Чтоб мне сгореть, если я так сделаю! Не стану глаза отводить или деру давать! Даже ради самой Моргейз! На этот раз я вообще не подойду к гвардейцам и на полет стрелы.
«По крайней мере, пока не узнаю точно, что наговорил про меня тот жирный индюк!» Игроки уставились на него, будто Мэт у них на глазах помешался.
– Как, Света ради, – спросил мастер Гилл, – ты собираешься попасть в королевский дворец, минуя гвардейцев? – Его глаза расширились, словно он что-то припомнил. – Свет, уж не собираешься ли ты… Юноша, тебе понадобится везение самого Темного, чтобы жизни не лишиться!
– Базел, о чем ты говоришь? Мэт, какую еще глупость ты удумал?
– Я везучий, мастер Гилл, – сказал Мэт. – Приготовьте хорошую еду к моему возвращению.
Поднявшись, он взял стаканчик и, крутанув, выбросил кости рядом с доской с расставленными камнями – на удачу. Пестрая кошка спрыгнула на пол и, выгнув спину, зашипела на Мэта. Пять костей остановились, каждая показывала по одному очку. «Глаза Темного».
– Это либо самый лучший бросок, либо самый худший, – заметил Гилл. – Все зависит от игры, в которую играешь, вот так-то. Юноша, думаю, ты ввязался в опасную игру. Почему бы тебе не взять этот стаканчик с костями в общую залу и не потерять немного меди? Сдается мне, ты не прочь поиграть. А я прослежу за тем, чтобы письмо дошло до дворца благополучно.
– Колин сказала, чтобы вы прочистили водостоки, – вспомнил Мэт и повернулся к Тому, в то время как хозяин гостиницы все еще хлопал глазами и бормотал что-то себе под нос. Менестрелю же Мэт сказал: – Похоже, ставки равные, получу ли я стрелу в бок, пытаясь вручить письмо, или нож в спину, ожидая и бездействуя. Шесть за выигрыш – и полдюжины за проигрыш. Главное, Том, позаботься, чтобы меня ждал обед. – Юноша бросил на стол перед Гиллом золотую марку. – Мастер Гилл, пусть мои вещи отнесут в нашу комнату. Если за нее надо заплатить больше, вы получите деньги. Будьте осторожны с тем большим рулоном, он почему-то страшно пугает Тома.
Когда Мэт, приосанившись, выходил из библиотеки, он расслышал, как мастер Гилл заметил Тому:
– Я всегда думал, что этот паренек – большой шалопай. Откуда у него золото?
«Я всегда выигрывал, вот откуда, – подумал Мэт мрачно. – Сейчас мне нужно выиграть еще раз, и с поручением Илэйн – покончено. Это будет последнее, что от меня получит Белая Башня. Еще раз выиграть, и все».
