На стене, тень руки продолженная узким и длинным лезвием, раз за разом падает вниз…
Булькающий, постепенно угасающий хрип, заглушается мерным монотонным зловещим шепотом…
— Он мой!!! — я рванул незнакомца за плечо и развернув приставил к горлу лезвие навахи. — Ты забрал жизнь принадлежавшую мне!!!
На меня смотрело смертельно бледное лицо с нервными, тонкими чертами, обрамленное мокрыми от пота черными прямыми волосами. Маленькие, глубоко спрятанные в глазницах глаза, горели бешенным огнем ненависти. Узкие, бледные губы кривились, силясь что-то сказать…
— Базиль?! — внезапно выпалил я и разжал руки. В голове немедленно явился очень давно снившийся мне сон, где отец поручал своему слуге горбуну, хранить тайну сокровищ рода. И как раз этот же человек снился мне намедни, но тогда, я так и не вспомнил кто это такой. Господи, воистину дела твои неисповедимы!!!
— Господин! — горбун всхлипывая обхватил мои колени. — Вы живы!!!
— Базиль… — я тепло обнял старого слугу. — Если бы ты знал, как я рад тебя видеть.
— Господин, само провидение свело нас вместе, но нам надо уходить. Идемте… — горбун крепко ухватил меня за рукав и повел за собой.
— Идем…
Ушли мы из таверны, через окно первого этажа, тем путем которым проник сюда Базиль. Долго петляли темными улочками, а затем подошли в скромному, но добротному каменному домику. Еще не старая, миловидная женщина, встретив нас в прихожей, молча провела на кухню и сразу же стала споро собирать еду на стол. Собрала, поклонилась и так и не проронив не единого слова, ушла.
Базиль молча, с улыбкой смотрел на меня. Губы шептали какую-то молитву, а из уголков глаз, по щеке покрытой морщинами, одна за одной катились слезы. Я невольно поразился теплоте и нежности во взгляде старого слуги — воистину неимоверный, великий человек — я даже представить себе не мог, что кроме меня, кто-то еще мстит за смерть графа Арманьяк. Да, ты сто раз был прав отец, когда говорил что верность простого человека, гораздо сильней верности дворянина, подверженного разным сословным соблазнам. Господи, я думал что подобное может случаться только в романах…
— Господин, — вдруг встрепенулся Базиль и налил мне в кубок вина. — Чувствуйте себя дома и молю, говорите. Как так случилось? Я все эти годы был уверен, что вы подверглись участи своего благочестивого батюшки. Хвала Господу, он услышал мои молитвы!
— Налей себе мой добрый друг… — я взял кубок в руки. — Выпьем же за счастливую встречу. Сегодня будет долгая ночь и мне есть что тебе рассказать…
И я рассказал — рассказал все до мелочей, правда упустив историю с подменой личности. Не поймет он, да и не хочется огорчать этого славного человека. Начал с того, как погиб мой духовник, приор Иаков — погиб в муках, но не выдал меня. Рассказал, как не смог спасти, свою мачеху, Жанну де Фуа, но все же отправил на тот свет мерзкого аптекаря отравившего невинную девушку и прикончил мерзавца Гийома де Монфокона. Рассказал о том, что она должна была разрешиться еще одним маленьким Арманьяком, но клятый Паук, поставил крест на продолжении нашего рода. Потом описал все свои странствия и злоключения. Описал и свое нынешнее положение и цель моего прибытия в Нант.
Базиль молча слушал и плакал, сжимая в пальцах оловянные столовые приборы — с легкостью превращая их в мятые кусочки металла.
— Вот так сложилась моя судьба мой добрый друг… — я отпил вина и поставил кубок на стол. — Но жизнь еще не окончена и я знаю, что не успокоюсь до тех пор, пока кара не постигнет всех виновников несчастий нашего рода. Теперь твоя очередь…
Оказалось, что Базиль узнал о смерти отца от отряда жандармов, примчавшихся конфисковать мое виконтство Лавардан. Имение конфисковали, но долгое время оно принадлежало короне и старик вполне прижился в нем, в той же должности эконома. До тех самых пор, пока Паук не подарил виконтство одному из д'Альбре. Базиля сразу же выставили без всяких объяснений, но к тому времени, смерть Жана V графа Aрманьяк, уже обросла подробностями и старый слуга решил себя посвятить мести. У него были кое — какие сбережения и он пустился в странствия.
Мне не терпелось узнать о судьбе сокровищ, но я усилием воли сдержал себя. Не о них сейчас речь…
— Вас господин, все считали мертвым и я честно говоря, тоже поверил в это… — горбун виновато склонил голову.
— В этом нет твоей вины. Продолжай…
Базиль искал де Монфокона, но не нашел его. Были неясные слухи о том, что барон погиб ужасной смертью, но найти могилу и полностью удостоверится в смерти этого подлеца, старый слуга так и не смог. Есть в этом что-то странное, но я пока не могу понять, что. Но обязательно пойму — неясные догадки уже терзают сознание. Хотя, рано или поздно, все тайное становится явным. Как всегда…
