– Мой разрядник полон, – заявила Александра. – Почти, – стража не пустила ее в гущу схватки, но два прицельных выстрела она все же произвела. – Что у вас с лицом, миледи?
– Рукоятью алебарды задело, – отмахнулась девушка. – Кто-то из своих, по-моему. Ерунда, только кожу содрало – правда, в ушах немного гудит…
– У меня тоже гудит, – заметила графиня. – Хотя меня палкой по лбу никто не бил… Гудит и… звенит, словно строевая флейта.
– Да, я тоже слышу, миледи, – вскинула голову леди Ольга. – Это не в ушах! Это в самом деле флейта! И барабан! – она метнулась к окну.
Александра последовала ее примеру, аккуратно выглянула, готовая в любой момент отпрянуть назад: во двор через внешние ворота под барабанный бой и переливы флейты входила ощетинившаяся алебардами колонна Стражи – не менее полусотни бойцов. По обе ее стороны двигались врассыпную высматривающие цель арбалетчики – дюжины две стрелков.
Выстроив отряд вокруг башни – спиной к защитникам, лицом к невидимому, притихшему врагу, командир новоприбывших направился к распахнувшимся ему навстречу дверям.
– Городская Стража! – восторженно выдохнула леди Ольга. – Они пришли!
– Что ж, пойдемте встречать наших избавителей, миледи, – проговорила Александра, пряча разрядник в кобуру и подбирая длинный подол платья.
– Судя по самым последним данным, мятеж возник стихийно, – докладывал сэр Аскольд. – Началось, как мы и предполагали, с гвардейских казарм. Перебрав вина, их обитатели надумали идти к тюрьме, чтобы освободить арестантов. Сэр Летард и сэр Рогир попытались остановить сие безумство, но их жестоко избили и заперли в чулане.
Сэр Летард был тем самым гвардейцем-везунчиком, «седло» которого можно еще было возвратить к жизни. Сэр Рогир лишился своего навсегда. Александра решила про себя хорошенько запомнить это имя.
– На шум явился сержант сэр Алан с нарядом Стражи, – продолжал капитан. – Пока в точности неизвестно, что там произошло, но, поправ присягу, он присоединился к гвардейцам. С этого момента заурядный пьяный дебош и превратился в мятеж. Именно сэр Алан привлек на сторону бунтовщиков другого сержанта, сэра Мартина и его людей. Объединившись, они сразу же направились к тюрьме, а не к арсеналу, как мы полагали раньше. Охрана была снесена, частично также присоединившись к мятежникам, а все арестанты выпущены из камер. Их место в темнице заняли четверо стражников, сохранивших верность долгу. Теперь во главе мятежа встал сэр Герберт, далее всем командовал уже он. Разделив силы, он послал одну часть своих людей на захват арсенала, а другую – в ангар. Последний им удалось захватить без труда, а вот в арсенале бунтовщики впервые столкнулись с серьезным сопротивлением. Сэр Элиас, дежуривший там, продержался какое-то время, и нам хватило его, чтобы немного разобраться в происходящем и провести эвакуацию вас, миледи, и других членов Совета. Также сержанту удалось спасти разрядники – достанься они мятежникам, наше положение сделалось бы почти безнадежным. Теперь же нам оставалось лишь продержаться до подхода из города верных отрядов, что в итоге и произошло. Городская Стража окружила дворец и вошла на его территорию тремя колоннами. Мятежники, расположившиеся было в правительственном крыле, бежали оттуда. Сейчас они блокированы в ангаре.
– В ангаре? – нахмурилась Александра. – Лучшего места не нашлось, куда их загнать?
– Увы, миледи, боюсь, такой вариант отхода был у них проработан заранее.
– На что они вообще рассчитывали? – спросила графиня, старательно гоня прочь мысли о том, что ее «седло» все еще находится в руках сэра Герберта. – И что это за история с Регентским советом?
– Сначала, полагаю, события развивались стихийно, миледи. Но в какой-то момент мятежники, похоже, решили, что власть валяется у них под ногами и достаточно нагнуться, чтобы подобрать ее. Взятые в плен стражники из отряда сэра Мартина утверждают, что они в самом деле считали вас погибшей. Никто не может толком объяснить, откуда взялся этот слух, но, как говорят, верили ему все.
– Чушь, – поморщилась Александра. – В их руках все время оставался ангар, а значит, «седло», – в груди у нее что-то сжалось, но она продолжила говорить: – По нему легко определить, жив его владелец или нет.
– Да, миледи, – кивнул сэр Аскольд. – Поэтому лично я считаю, что как минимум сам сэр Герберт должен был знать об истинном положении дел, но, очевидно, полагал, что слух о вашей смерти ему выгоден. А если бы мятежникам удалось взять нашу башню – слух быстро сделался бы правдой.
– Все равно не очень понятно, на что они рассчитывали, – покачала головой графиня.
