В этом замке на берегу моря драконы жили веками. Все как положено: летали, дышали огнем, пугали народ, изредка похищали принцесс, чтобы потом разнообразить свое меню рыцарями, явившимися на выручку красавицам. Но однажды порядок нарушился, потому что вместо принцессы младший отпрыск драконьего семейства случайно притащил… впрочем, об этом позже. Главное, это повлекло за собой цепь неожиданных и удивительных событий, а еще дало возможность понять: для полета нужны не только крылья. Истинное счастье в небе может дать только настоящая любовь и тот, кто готов лететь с тобой хоть на край света. Главное — вместе.
Выйти на цель было проще простого — все-таки он не первый раз это проделывал.
Ахнула, закричала толпа, вихрем взметнулись сорванные ветром шляпки и чепчики, а дракон уже превратился в неразличимую точку в глубокой небесной синеве.
Он не стал подниматься слишком уж высоко, по прежнему опыту памятуя, что людям там дышится тяжело, в особенности если человек — затянутая в корсет девица. Да и холодно, если честно: ему — в самый раз охладить разгоряченные крылья, а хрупкий человек простынет и скоро умрет.
Девушка в его лапах (он опять же учел прежние свои ошибки и одной лапой подхватил жертву пониже талии, смяв пышные юбки, чтобы не поранилась о когти, другой подстраховывал) даже не дернулась. Возможно, потеряла сознание, а то и вовсе умерла от страха, подумал дракон и, изогнув шею, взглянул вниз. Обидно было бы лишиться той, за которой пришлось лететь так далеко!
Ничего подобного. Не теряла она сознания, не пыталась вырываться или брыкаться (попадались и такие отчаянные). Эта пленница обеими руками вцепилась в мощную драконью лапу, с опаской поглядывая вниз. Прическа растрепалась от ветра — длинная золотая коса, до того уложенная короной, развевалась, как боевой штандарт, и девушка, осторожно отпустив одну руку, поймала косу и обмотала вокруг шеи, как диковинный шарф. Платье тоже развевалось, и девица ловко зажала подол между колен, должно быть, ей поддувало.
К себе домой он летел так быстро, как только мог, потому что знал: лишнее время в пути обойдется ему слишком дорого… да и девушку не хотелось бы уморить. Все-таки ценная добыча!
Родные скалы и казавшийся их частью замок показались, когда он готов уже был сделать привал, и останавливало его только одно: он знал, что не взлетит так просто с какой-нибудь пустоши, а еще и принцесса убежит, чего доброго, ищи ее по кустам… Крылья тяжелели с каждым взмахом, и приземление далось с трудом: нужно ведь было еще удержать девушку.
Нижние ворота распахнулись перед хозяином и сомкнулись, едва лишь он целиком втянул внутрь длинное чешуйчатое тело. (Когда-то здешние обитатели использовали только пещеру, теперь она осталась единственным входом, даже когда на скале вырос замок — иначе попасть в него можно было только с воздуха.) От вековых камней приятно веяло прохладой, тянуло лечь и заснуть, но так поступать было нельзя, он это знал хорошо.
Он осторожно разжал лапу, поставил принцессу на ровный каменный пол. Та не удержалась на ногах, видно, затекли, села, потом кое-как поднялась и отряхнула пышное платье. Что удивительно: она не визжала от ужаса, не пыталась убежать (впрочем, бежать из этой пещеры было некуда), но с явным интересом смотрела по сторонам. Щеки ее раскраснелись от ветра, волосы растрепались, она шмыгала носом, но хоть в обморок падать не собиралась, и на том спасибо.
Он опустил голову, посмотрел на девушку внимательнее — вспыхнувшие факелы давали достаточно света — и чуть не ахнул. Если бы не сдержался — остались бы от девицы только угольки…
Она не была златовласой: русая, может, чуть в рыжину, не более того, на солнце красиво, а так — самые обычные волосы. И глаза у нее были не небесно-голубые, как рассказывали, а серые. И круглые щеки. И румянец во все эти щеки. И веснушки. Никакой благородной бледности, очень здоровый цвет лица, да и фигура… стройная, но крепко сбитая. Высоко поднятая корсетом грудь не колышется волнительно, она и без корсета колыхаться не станет! И весила она, мягко говоря, немало.
Девица смотрела прямо ему в глаза — в один глаз, если быть точным, — но больше с интересом, нежели со страхом, даже руку протянула несмело, будто хотела дотронуться до раскаленной чешуи, но тут же спрятала за спину. Хватит, подержалась уже за лапу!
— Господин дракон, вы меня прямо сейчас есть будете? — спросила вдруг она, откашлявшись, и он от неожиданности чуть не ткнулся в девушку носом, так деловито это прозвучало.
Дракон покачал тяжелой головой.
— Хорошо, — удовлетворенно произнесла девица. — Я так и подумала, что вам неудобно будет со всеми этими тряпками…
Она поддернула подол платья, продемонстрировав ворох нижних юбок.
Дракон фыркнул, жестом указав на открывшиеся ворота в дальней части пещеры — в человеческий размер, сам он туда бы не протиснулся.
— Мне туда идти? — живо спросила девушка. Он кивнул. — Хорошо, господин дракон, как прикажете…
Он встряхнулся — посыпались искры. Послушная принцесса — да он что, спит наяву?!
Проверив, надежно ли запечатан вход, он сменил обличье, постоял, стараясь отдышаться: противно подгибались колени, подрагивали руки, как обычно после долгого полета, — потом двинулся к воротам.
В проходе было темным-темно, но эту лестницу он знал с детства и не упал бы даже с закрытыми глазами. Впрочем, осветить ее было проще.
Принцесса стояла, прижавшись к стене, в самом начале подъема, а когда один за другим начали зажигаться факелы, даже вскрикнула — пискнула, вернее, — но тут же расслабилась.
— Ты почему тут?.. — спросил он устало.
