– Прошу прощения, но мое дело сугубо личного характера, – поспешил сообщить рыцарь, одновременно выставляя вперед ногу – на случай, если публикан вдруг решит захлопнуть дверь перед его носом. – Я был у вас полтора года назад с моим партнером, всадником Гуго…
Хозяин оглядел его еще раз, особое внимание почему-то уделив уровню пояса – там под плащом у гостя была укрыта кобура разрядника, но видеть ее сквозь плотную лазоревую ткань публикан никак не мог, – и, кажется, что-то припомнил – по крайней мере, выражение его лица несколько смягчилось.
– Проходите, – буркнул он, отступая вглубь дома.
– Благодарю, – рыцарь шагнул через порог.
– Всадник Эдуард, если мне память не изменяет? – полуутвердительно произнес публикан, провожая рыцаря в просторную, богато обставленную гостиную и жестом указывая ему на одно из кожаных кресел возле тлеющего углями камина. Во второе, такое же, он опустился сам, оборотясь взором на гостя.
– Всадник Спурий, – вынужден был поправить молодой рыцарь.
– Вот как? – вздернул брови хозяин. – А позволите взглянуть на ваши документы, всадник Спурий?
– Разумеется, – кивнул Эдуард, торопливо извлекая из-за пазухи удостоверяющие его личность бумаги и протягивая их публикану.
Нацепив на нос пенсне, тот с минуту внимательно изучал полученные документы. За это время рыцарь трижды успел пожалеть, что не назвался Эдуардом – именно под этим именем Фаустус должен был знать его в прошлый раз – и трижды же утешить себя тем, что публикан в любом случае мог пожелать ознакомиться с бумагами, и тогда обман мог сослужить гостю не лучшую службу.
– Надо же, выглядят совсем как настоящие, – продемонстрировав в улыбке редкие, но при этом идеально белые зубы, проговорил публикан, возвращая ему документы.
– Они и есть настоящие, – не нашел лучшего ответа молодой рыцарь.
– Да-да, разумеется, именно это я и имел в виду, – заверил хозяин. – Как здоровье достопочтенного всадника Гуго?
– Увы, этомне неизвестно, – развел руками Эдуард. – Мы с ним больше не партнеры – вы же, должно быть, обратили внимание, у меня теперь индивидуальная лицензия, – Фаустус чуть заметно кивнул: да, мол, заметил. – Мы не виделись несколько месяцев, но во время нашей последней встречи, насколько могу судить, он пребывал в добром здравии.
– А если не секрет, по какой причине вы расстались? – продолжал расспрашивать хозяин. – Как я понимаю, работать в паре выгоднее, чем одному?
– Вы совершенно правы, публикан Фаустус, – к этому вопросу Эдуард как раз был готов. – Намного выгоднее. Но ведь не вечно же мне было ходить в младших партнерах? – как ему показалось, лукаво улыбнулся он.
– Да, это аргумент, – склонил голову хозяин. – Желаете вина с дороги? – предложил он, словно спохватившись.
– Сердечно благодарю, но я воздержусь, – покачал головой молодой рыцарь. Вино у публикана наверняка было отменным, но в прошлый раз сэр Гуго отказался от угощения, и Эдуард решил последовать его примеру.
– Как вам будет угодно, всадник Спурий, – ответил Фаустус, как почудилось рыцарю, произнеся имя с легкой иронией, но, возможно, все дело было лишь в вежливой улыбке, сопровождавшей слова. – Итак, перейдем к нашему делу. Что привело вас ко мне?
– Видите ли, публикан Фаустус, тут такая история, – начал Эдуард. – Я недавно приобрел рабыню. Девочку-нарту. Ну, понимаете, в нашей работе юнга бывает полезным… Но, к несчастью, забыл в одном из мансионов все документы по сделке. И хоть убейте, не могу припомнить, в каком именно. Понимаете, что это значит? Деньги уплачены немалые, а случись проверка, меня же один хаос ведает, в чем могут обвинить! Простите за грубость оборота, публикан Фаустус, я немного волнуюсь… – хозяин кивнул в знак того, что все прекрасно понимает, и рыцарь продолжил: – Потом, конечно, все выяснится, но время будет потеряно, а в нашей работе время – это те же деньги… В общем, такая вот история, – с виноватым видом закончил он.
– Откровенно говоря, не вижу никакой проблемы, – заметил публикан, снимая пенсне и кладя его на каминную полку. – Все необходимые бумаги легко можно восстановить по невольничьему кольцу.
– Увы, кольцо я тоже ухитрился потерять, – тяжело вздохнул Эдуард.
– Вот как? – усмехнулся хозяин. – Да, это, конечно, сильно меняет дело.
– Вся моя надежда только на вас, публикан Фаустус, – заявил рыцарь, с мольбой заглядывая в лицо собеседнику. – За рабыню я уплатил двести пятьдесят золотых – для меня это немалые деньги! И если ее, не приведи космос, конфискуют…
– Да, это было бы весьма неприятно, – согласился хозяин. – Что ж, всадник Гуго был моим добрым другом, пожалуй, оставить в беде его младшего партнера, пусть и бывшего, было бы с моей стороны недостойно этой дружбы. Сколько, вы сказали, лет девочке? Стандартных, разумеется.
– Девять, – ответил Эдуард, мысленно вознеся хвалу милостивому космосу. Похоже было на то, что публикан готов исполнить его просьбу. – Правда, выглядит она младше.
– С рабынями это случается, – заметил Фаустус. – А какой у нее размер пальца? Объем, я имею в виду.
– Не знаю, – растерялся молодой рыцарь.
