— На том кораблике путешествовал почти что твой тёзка — Баяном кличут. Тоже зело бойкий да на диво говорливый, между прочим. Бурчал даже когда узнал, что при переносе в наш мир Силу в себе пробудить умудрился, — хмыкнула на это Пелагея.
— И большая Сила? — тут же заинтересовалась боевитая девица.
— Так она ведь едва-едва пробуждённая… — удивилась её вопросу Пелагея.
— Эх… — печально вздохнула Ломова.
На излёте зимы мир взбудоражило ещё несколько вестей, связанных с громкими внешнеполитическими событиями. На этот раз довольно спорными. Нельзя сказать, что для нас они были такими уж плохими… Скорее, показательными и самую малость разочаровывающими.
Африканский союз, войдя в период затяжного перемирия, начал трещать по швам. Даже в Эфиопии, являющийся эдаким политическим центром и точкой кристаллизации, случился серьёзный внутренний разлад.
С большей частью племён чёрного континента всё было просто — союз держался только на противостоянии общему врагу. Когда мы сильно потрепали сего супостата, и выяснилось, что в ближайшие десятилетия больших нашествий в Африку, скорее всего, не будет, местные быстро припомнили друг другу старые обиды, счёты, территориальные споры и тому подобное…
Многие захотели себе лучшей доли, более благодатных охотничьих угодий, плодородной земли, влияния или ещё чего… Того, что у соседа было лучше и с точки зрения завистников, досталось ему «не по справедливости», или находилось ещё какое «законное оправдание» для попыток силового передела собственности.
Первыми волну подняли племена ламий, желавшие вернуть себе некие исконные земли и получить кус дополнительных, за большой вклад в отражении нашествий прошлого. Правы были Дамир и индийские наги, когда вовсю косились на вызволенную из заточения африканскую змеелюдку… Впрочем, задел ламий быстро подхватили остальные африканские племена.
Многие понимали, что сейчас формируется новый миропорядок, а вот его нюансы мерещились тем или иным народам по-разному… Иза чего у недавних соратников то и дело зарождались конфликты. Думается мне, кое-кто из них окажется в итоге «у разбитого корыта». Если вообще выживет.
В той же Эфиопии разлад случился у тамошних остроухих. Из них выделилась фракция, ратующих за полное сохранение древних традиций и не допущения союза с Великим Лесом. Они к тому же обвиняли мужа Эмебет Первой в тайной узурпации власти и коварном правлении из-за спины его дочери — Матриарха Эмебет Второй… Так это было на самом деле, или не совсем — вопрос не столь уж важный, главное — повод нашёлся и был достаточно весомым и похожим на правду.
Связью с Великолесьем и Русью эфиопам пеняла и приличная часть ныне отколовшихся членов Африканского Союза. Только в том смысле, что Эфиопы связались с «белыми»… Пусть и противниками нападавших на Африку ханств, но ведь белыми! А то, что нынешнее отсутствие набегов — это как раз-таки наша заслуга, для них не столь уж и важно…
Революции в Эфиопии, правда, не случилось — всё ограничилось неудачным путчем с последующим исходом из страны фракции ортодоксов. А дальше началась трагикомедия.
Отщепенцы, кое-как наняв для исхода несколько кораблей, сунулись было в сторону Земли Чудовищ. Ведь там, как они думали, выступали за схожие с их идеалы. Вот только тамошним тёмным эльфам, сии бузотёры тоже ни разу не сдались. Потому как могли скомпрометировать перед Русью — единственным на сегодняшний день серьёзным торговым партнёром и наиболее вероятным союзником, с которым уже наметилось сближение… Ко всему прочему, у австралиек и без того имелись серьёзные сомнения в целесообразности привечания буйных беженцев на своей земле.
В общем, скитания горе-путчистов продолжились. Острова в океане их не прельщали и их надо было для начала отвоевать у весьма воинственных туземцев и после не пасть под ударами жителей соседних островов. Впрочем, с выбором, у совершивших исход, было не густо… Чуток помыкавшись, те сунулись в единственное малонаселённое место из доступных в регионе — пустынное скалистое побережье, близь горных владений Инков.
Край сей — негостеприимный и посему почти что безлюдный. В одной из более-менее пригодных для жизни речных долин, населения, из-за прошедшего относительно недавно мора, оказалось мало, и изгои в ней осели.
Новые соседи закономерно вызвали вопросы у местных — Империи Инков, и чуть более дальних соседей — Ацтеков-мешиков, Майя и э-э-эм… Союза Племён Амазонки, как я назвал для себя сие государственное образование с ну очень труднопроизносимым названием. Государства Закатных Земель отправили запросы обоим темноэльфийским владениям, королю Эфиопии и почему-то нам с Великим Лесом…
Не, оно-то отчасти понятно, но инициатива-то, что в переговорах с Эфиопией, что в переселении поднявших бунт недовольных, совершенно точно исходила не от нас. Мы тут вообще с боку припёку! Наше влияние, можно сказать, побочное, пусть и существенное…
