Ветер трепал намокшие черные косы Тимары. Мир вокруг оглушительно грохотал. Девушка никак не могла ничего разглядеть в слабом свете луны. Река стала белой, словно молоко. Цепляясь за барахтающуюся драконицу, Тимара разделяла с ней испуг и ярость. И ее нарастающую усталость тоже. На поверхности плавал какой-то мусор. Ветви и стволы деревьев, вырванные с корнем кусты и трупы захлебнувшихся животных покачивались и кружились на воде. Когда девушка оглянулась в сторону берега, ей показалось, что вода теперь простирается далеко за опушку леса. На ее глазах громадное дерево впереди пошатнулось и невероятно медленно повалилось прямо на них. Тимара испуганно закричала, но Синтара ничего не могла предпринять, чтобы разминуться со стволом. Дерево приближалось, словно падающая башня. Оно со стоном кренилось все ниже и ниже, но течение неожиданно проволокло их мимо и утащило прочь.
– Дракон! – вдруг выкрикнула Элис и, легкомысленно выпустив пояс Тимары, указала рукой вниз по течению. – Еще один дракон. Кажется, это Верас!
Так и было. Тимара узнала ее по гребню, который недавно начал отрастать у темно-зеленой самки. Верас еще гребла, однако девушке показалось, что она слишком низко сидит в воде, как будто усталость тянет ее ко дну. Верас была драконицей Джерд. Тимара задумалась, где же сама хранительница, а затем, словно ее накрыло второй волной, осознала, что не ее одну унесло потоком. Остальные сидели вокруг костра. Вода наверняка добралась до всех. А что же сталось с их лодками и снаряжением, с баркасом и остальными драконами? И как она могла думать только о себе? Всё, из чего состояла ее нынешняя жизнь, смыло и унесло водой. Взгляд Тимары отчаянно обшаривал реку, высматривая живых, но было слишком темно, и слишком много мусора качалось и неслось по бурным волнам.
Грудная клетка Синтары под ней раздулась – драконица набрала воздуха… А затем из ее пасти вырвался трубный рев. Верас вдалеке повернула голову. Напряженный слух Тимары уловил тихий звук, похожий на птичий писк. Затем еще один вскрик, протяжней и ниже, привлек ее внимание к темной громаде, оказавшейся Ранкулосом. Он снова взревел, и вместе со звуком до нее донесся смысл его послания.
– Меркор говорит, плывите к берегу. Там мы сможем ухватиться за деревья и продержаться, пока не спадет вода. Плывите к берегу!
Грудная клетка Синтары снова раздулась. Она изо всех сил затрубила, передавая сообщение каждому, кто мог ее услышать.
– Плывите к берегу! – повторяла она. – Плывите к деревьям!
Тимара услышала, как ей вторит другой дракон где-то вдали. И может, еще раз. После этого драконьи крики начали раздаваться время от времени. И доносились они вроде бы со стороны берега.
– Плыви на звук, – поторопила она Синтару.
Но последовать ее совету оказалось не так-то просто. Течение крепко держало их, а плавающий мусор то и дело мешался на пути пробивающейся к берегу драконицы. Один раз они попали в водоворот, и их кружило в нем, пока Тимара окончательно не утратила чувство направления.
Элис крепко держалась за пояс Тимары и скрипела зубами от боли в свежих ожогах. Там, где ее защищало медное платье, кожа не пострадала, зато щеки, лоб и веки горели от кислоты. Она подставила лицо каплям дождя, и прохладная вода показалась ей благословением. Элис стиснула зубы и невесело усмехнулась: ей грозит гибель, а она переживает из-за каких-то мелких волдырей. Ну не глупо ли? Она рассмеялась вслух.
Тимара обернулась и пристально воззрилась на нее:
– С тобой все хорошо?
Элис на миг смутилась, увидев, как светятся в темноте голубым светом глаза девушки. Но она решительно кивнула:
– Насколько это вообще возможно. Пока что я заметила восемь драконов – или, по крайней мере, мне так кажется. Я могла сосчитать кого-то дважды.
– Я не видела других хранителей. И «Смоляной» тоже. А ты?
– Нет, – односложно буркнула Элис.
Она не станет, она не может беспокоиться о нем сейчас. «Смоляной» – достаточно крупное судно, с ним все должно быть хорошо. Лефтрин найдет ее и спасет. Он должен. Он теперь ее единственная надежда. На какой-то миг Элис поразилась тому, что способна так верить в обычного человека, но выбросила из головы эту мысль. Кроме Лефтрина, ей рассчитывать не на кого. И она не станет в нем сомневаться.
Вокруг них бурлила и ревела вода. Шум давил на уши. Неистовство первой волны миновало, но от пришедшей с ней воды река вздулась и течение усилилось. Элис сжимала драконицу коленями, словно верховую лошадь, крепко держалась за пояс Тимары и молилась. Все мышцы болели от долгого напряжения. Милостивая Са, сколько еще продлится этот кошмар? Синтара пока боролась с течением, но гребла уже заметно слабее. Сколько же времени прошло? Драконица, должно быть, начинает выдыхаться. Если Синтара сдастся, они все погибнут. Элис понимала, что одним им в этом разливе не выжить.
Она склонилась ближе к драконьей голове:
