Тимара повернула голову и закричала. Элис вцепилась в нее, озираясь в поисках источника шума. Рев приближался, однако драконица не замечала, чтобы усилился ветер или дождь. Звук делался все громче, в нем слышался какой-то скрежет, смешанный с треском и щелчками.
— Это река! Она разлилась! — проревел у нее в мыслях Меркор, и вместе с предостережением в сознание Синтары хлынули древние воспоминания.
— Летим! Надо держаться над водой! — протрубила она, поскольку на миг забыла, что является драконом лишь наполовину и прикована к земле.
Темнота не могла полностью скрыть опасность. Синтара посмотрела вверх по течению и увидела белое кружево на сером гребне и опрокидывающиеся с него стволы вырванных с корнем деревьев.
— Бежим к лесу! — прокричала Тимара, но только драконица сумела расслышать в грохоте воды ее тонкий голосок.
Обе ее хранительницы, держась за руки, бросились бежать.
— Слишком поздно! — рявкнула на них Синтара.
Она вытянула шею, схватила Элис за плечо и сбила с ног. Та завопила. Драконица не обратила на крик ни малейшего внимания, изогнула шею и забросила женщину себе на спину, между крыльев.
— Держись крепче! — велела она.
Тимара еще бежала. Синтара кинулась за ней.
И тут ударила волна.
Это была не просто вода. Ее сила выворачивала со дна валуны и обдирала с берега песок. Старые топляки мешались с только что вырванными из земли деревьями. Синтару сбило с ног и протащило вперед. Бревно ударило по ребрам, опрокинув ее набок. Пенящаяся вода неуклонно волокла ее вниз по течению и на какой-то миг захлестнула драконицу с головой. Она решительно поплыла туда, где, как она надеялась, должны были остаться поверхность и берег. Кругом царил хаос, вода и тьма. Драконы, люди, лодки, бревна и камни смешались в потоке. Синтаре удалось высунуть голову из воды, но мир вокруг осмысленнее не стал. Она кружилась в течении, отчаянно плеща лапами. Берега видно не было. Река вокруг текла белизной под ночным небом. Драконица мельком заметила огни «Смоляного», увидела пустую лодку, застрявшую в густых ветвях упавшего дерева. Громадное бревно, послужившее сегодня основой для костра, проплыло мимо, все еще дымясь и мерцая угольями.
— Тимара! — услышала драконица крик Элис и только тогда поняла, что та все еще держится за ее крылья. — Спаси ее! Смотри, Синтара, вон она! Вон там! Там!
Синтара сперва не заметила девчонку, но все же разглядела. Та пыталась высвободиться из путаницы вырванных с корнем кустов, за которые зацепилась одеждой. Еще немного, и они начнут тонуть и утянут ее за собой на глубину.
— Глупые люди! — взревела Синтара.
Она рванулась к Тимаре, но тут в нее врезался Ранкулос, которого проносило мимо течением. Когда драконица опомнилась и поглядела на спутанные кусты, девчонки там уже не было. Слишком поздно.
— Тимара! Тимара! — надрывалась Элис, но в ее голосе не слышалось надежды.
— В какой стороне берег? — зарычала на нее Синтара.
— Не знаю! — выкрикнула в ответ женщина, но тут же исправилась: — Вон там! Туда. Плыви в ту сторону.
Трясущейся рукой Элис указала направление, в котором они и так уже двигались. Приободрившись, драконица принялась грести сильнее. Конечно, ей не удастся залезть на дерево, чтобы отсидеться там, зато она сможет вклиниться между парой стволов и переждать, пока не схлынет вода.
— Вон там! Туда! — снова закричала Элис.
Но указывала она не на берег, а на маленькое, белеющее в воде запрокинутое лицо. Тимара тянула к ним руки.
— Пожалуйста! — закричала она.
Синтара опустила голову и вырвала свою хранительницу из речной хватки.
— Моя! — с вызовом протрубила она, не выпуская из пасти Тимару. — Моя!
Послание от торговца Корума Финбока из торговцев Удачного, в котором он по просьбе торговцев Мельдара и Кинкаррона присоединяется к их запросу о судьбе Элис Кинкаррон-Финбок и Седрика Мельдара, ушедших на живом баркасе «Смоляной».
