— Видите ли, — бледный скривился, — маги очень суеверны. Мы, по крайней мере большинство из нас, не называем своих истинных имён. К другим мы стараемся тоже не обращаться по имени. Никогда нельзя быть уверенным, что говоришь со смертным, а не богом. Никто не любит рисковать.
— Очень жаль, — вздохнул Инк. — Тогда сойдёмся на первых буквах имён и приставке «мистер». Это суеверия делать позволяют?
— Да, Мистер И, — бледный шумно выдохнул и улыбнулся с уверенностью. Его пальцы, наконец, прекратили душить друг друга, расслабились, но не разомкнули объятия ладоней. — Меня можете называть Мистер Н.
— Прекрасно, Мистер Н. Жаль, что в нашем общении так и остался уважительный тон.
— Простите мне эту блажь, Мистер И. В моём возрасте… Скажем, иметь меньше десятка странностей — уже эксцентричность.
— Чем я могу помочь? — «Странное дело, — думал Инк. — Мне помог бог из храма, а теперь я сам помогаю кому-то. Поневоле поверишь в кармические связи и прочую чушь. Хотя… Если на мне нить закона от каменной статуи, может ли она притягивать ко мне других людей? Менять не только моё отношение к миру, но и то, как сам мир воспринимает меня? Каменная статуя… Ты бог помощи? Поэтому тебе захотелось оставить своё наследие и часть сознания в храме цзинту?»
— Крест Алзурии. Я не смог найти его, сколько бы ни икал. Он очень нужен мне. Возможно между вами осталась некая связь — что угодно! — с помощью которой можно найти амулет.
— Зачем? Мистер Н, для чего Вам эта безделушка?
— Моя дочь, она… Простите, я опять разволновался. Я — маг. Не один из династий, но мои таланты кое-чего стоят. Продлить жизнь, себе или родственникам, это самая обычная вещь, вроде покупки новой машины или яхты. Даже если выпускается ограниченная серия всегда можно попасть в список предзаказа, перекупить у кого-то другого или просто украсть, чтобы через пару десятков лет случайно найти в пыльном гараже своего «дедушки» по двоюродному дяде мужа сестры матери и заявить о своём праве собственности как единственного наследника. Мне открыты почти все двери мира. Для кого-то я велик, но перед кем-то ничтожен. Дух отражения, — бледный покачал головой, — её нельзя подкупить или уговорить. Моя дочь исполнила свою мечту. Дорога в буфер ей открыта. Я договорился с кланом Сугой о доступе к артефакту вознесения. Моя девочка хочет сохранить свою личность, но и память терять не желает. Ей больно от одной мысли, что все близкие станут казаться чужими. Она хотела бы вырастить правнуков, но время неумолимо. Обычные люди не могут продлевать жизнь бесконечно. Омоложение не спасает тех, кто лишен тонких тел. Пусть будет хотя бы уродливый неправильно развитый зародыш, как у нас, магов. Без него… Никто из смертных не смог преодолеть рубеж в сто пятьдесят лет. Говорят, если суметь дожить до сто пятьдесят первого дня рождения, можно обрести тонкое тело. Вроде бы, сам мир не позволяет нарушать свои законы, поэтому сумевшим преодолеть свою смертную судьбу он делает подарок. Хотя, это всё мифы…
— Никогда не слышал о подобном. Можно подробнее?
— Обратитесь в Библиотеку. «Учение о парадоксах» расскажет куда больше и лучше меня.
— Хорошо, я запомню.
— Пожалуйста, не думайте, что я не хочу Вам говорить или как-то пренебрегаю, просто… мне никогда не приходило в голову обучаться кинра, моя память… Боюсь, я искажу информацию, введу Вас в заблуждение… Мистер И, я действительно…
— Не нужно, — Инк помахал рукой. Он уже начинал уставать от беспокойства бледного. Избыточная предупредительность превращается во что-то мерзкое. Кому какое дело до внимания, проявленного кем-то настолько ничтожным, лишенным малейшего намёка на уважение к самому себе? — Давайте, ближе к делу.
— Да! Да… конечно… да-да… Я… Я хочу помочь моей дочери. Остальные справятся и так, но её мечта была связана с семьёй. Лишившись памяти или личности, она станет чрезвычайно слабым духом. Я слышал, амулет — крест Алзурии — способен решить эту проблему.
— Он ценен совсем другим, — Инк вспомнил о каплях крови богов в амулете Грэнка. «Ихор — вот настоящее сокровище». — Память или личность, да? Иногда нужно отказаться от чего-то, чтобы иметь возможность шагнуть дальше, стать кем-то большим.
— Я понимаю, но моя дочь…
— Не нужно повторять. Я помогу.
— Правда?! — бледный вскочил на ноги, привлекая внимание немногих посетителей заведения.
Из внутреннего помещения ресторана вышел официант. Он двигался быстрым шагом, бросая подозрительные взгляды на Инка.
— Всё в порядке? — официант отвесил бледному лёгкий поклон. — Если Вам нужна помощь…
— Проваливай! Я велел не беспокоить меня.
Официант даже не дрогнул от резких слов мага пространства, лишь коротко кивнул и пошёл прочь.
— Погоди.
— Ты что, не слышал?! Тебе сказали остановиться! Быстро вернись сюда!
Теперь лицо официанта выглядело не столь равнодушным. Сквозь показное безразличие на короткий миг прорезались гнев и возмущение.
— Вы что-то хотели?
— Следи за тоном, когда разговариваешь с Мистером И! Еще одна такая выходка…
