Драконья луна полностью

Летели секунды. Каждая ранила сильнее, чем предыдущая, пока Толи боролась с искушением скрыть правду. Она так долго притворялась, что это самое верное решение, что сама в это поверила. Ей казалось, что если мама не услышит правды, то никогда не разочаруется в собственной дочери, не отречётся от неё…

Девочка и сейчас не была уверена, что этого не случится, но после того, как она призналась друзьям, она была готова пожертвовать своим страхом. Пусть он сгорит в сердце Драконьей горы, а она сможет доверить свою историю маме.

Слова цеплялись за краешки мыслей Толи. Рассказав правду Виксу и Петал, она выпустила свой секрет, а теперь он снова пытался скрыться в глубинах её души. Сестра простила её, но это вовсе не значит, что и мама простит. Девочке так хотелось бросить этот секрет здесь, в темноте. Навсегда.

Но мама заслуживала большего. Друзья научили Толи этому. Да и ей нужно наконец облегчить душу.

На мгновение Толи сжала губы, а потом слова хлынули из неё потоком.

– Мне нужно было поступить так, как сказал папа. Я должна была остаться внутри, – начала она. – Когда я метнулась вперёд… когда бросилась на дракона, это отвлекло его. Отвлекло отца.

Жар иссушал слёзы, и Толи растёрла выступившую на глазах соль.

– Он погиб из-за меня.

Тишина заполнила всё вокруг. Толи слышала, как часто дышит мама. Потом королева сжала её руку.

– Так это ты была тем ребёнком, который ринулся в бой, – прошелестела Матерь драконов. – Я так и думала. Мы обсуждали твою отвагу здесь, в горе. Ты была ранена?

Плечи Толи поникли. Она почти желала, чтобы драконица съела её.

– Да. Один из драконов ударил меня хвостом. Я… я почти всё время пролежала без сознания. Мне так жаль.

Её плечи затряслись, когда она зарыдала без слёз.

– Мама, мне так жаль!

Королева Уна молча притянула дочь к себе и крепко сжала в объятиях.

– Это не твоя вина, Анатолия, – наконец произнесла она.

– Как ты можешь так говорить?

Королева ещё крепче прижала дочь к себе, но едва она открыла рот, чтобы ответить, как драконица перебила её:

– Тишшше. Не говори ей. Они такие упрямые, эти дети. Поверь мне, я была мамой задолго до твоего рождения и знаю лучше. Я сама поговорю с ней. А пока ш-ш-ш.

Драконица выпустила струю дыма.

– Вы такие странные создания. Так полны страданий и ярости, но мне кажется, вы не видите дальше своего носа.

Толи уставилась в пустоту, не зная, что на это ответить.

– Ты так и не поняла, как много дала своему отцу в тот самый день, – продолжила Матерь драконов.

Толи затаила дыхание.

– Я? Многое дала? О чём вы?

– Мой сын рассказал мне эту историю, – прошептала драконица. – Тот, который вернулся, рассказал мне об отваге твоего отца в схватке.

Матерь драконов помолчала.

– Ты ничего не видела, пока лежала оглушённая на льду. Ты невиновна в его смерти. Мой сын напал на королевство по глупости. Твой отец спасал свой народ, и у него ничего бы не получилось, если бы не оружие, которое ты вручила ему.

– Но я не приносила никакого оружия.

– Конечно, приносила. Без тебя в его груди не родилась бы ярость, и мои дети убили бы гораздо больше людей. Его любовь и страх за тебя создали ярость. Вот почему он кинулся в бой. Вот о чём думало его сердце. Благодаря этому он смог ранить моих отпрысков и спасти свой народ.

Даже в темноте Толи чувствовала, как жадно прислушивается королева к словам драконицы.

– Трудно быть ребёнком, – прошептала Матерь драконов. – Ты принесла в жертву свою правду спустя столько времени, и я поделюсь с тобой ещё одним откровением. Твою ярость нужно направить в иное русло. Может быть, ты поможешь нам. А может, обрушишь ярость на хрупкий дух Спар. Ты ведь ещё не осознала, но именно из-за неё драконы напали на твоего отца.

Королева Уна ахнула.

– Но…

– Мой младший вернулся и рассказал мне всё. Спар хотела сохранить дар вопреки воле твоего отца. Они почти вцепились друг другу в глотки, когда подлетели мои отпрыски. Когда драконы поверили, что твоя наставница может одержать верх и забрать дар, они атаковали первыми. Они правы, что не снесли оскорбления, но напали слишком поспешно. Им надо было вернуться ко мне. Я бы приняла решение.

Матерь драконов выдохнула дым.

– Они недооценили ваших людей, – добавила она, сопровождая свои слова многозначительной паузой, словно давая понять, что она не повторит этой ошибки. – Спар должна была защищать твоего отца, но в гневе она позволила ему упасть. Он был в бешенстве. Кровь моего отпрыска уже обагрила лёд. Твой отец умирал, когда Спар добила его.

– Что ты такое говоришь? – спросила королева.

– Ты всё слышала. Твоё перворождённое дитя не несёт бремени вины. Если хотите отыскать виновного, обратите свои взоры на Спар.

Сначала эти слова не укладывались в сознании Толи, но вдруг она припомнила слова Спар, когда Петал обвинила наставницу в предательстве.