Драконья мята полностью

– Ты не понимаешь, что говоришь, Элинор. Уехать из страны? Бросить все – семью, друзей, положение в обществе, наконец, и ради чего? Чтобы стать беглецами, шарахающимися от каждой тени? Жить в нищете? Это глупо. Я никогда на это не пойду…

Повинуясь взмаху руки Элинор, изображение исчезло. Возможно, Сай хотел сказать что-то еще, но девушка была слишком измучена и расстроена, чтобы слушать. Она поняла главное – сын консорта отказался от неё. Размеренная, благополучная жизнь в роскоши, и титул оказались более ценными игрушками, чем счастье.

Девушка упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и долго лежала без движения. Слезы беззвучно катились по её щекам, она их не стирала. Тилли, чутко улавливающая горе хозяйки, парила в воздухе, осторожно касаясь, то пушистых волос, то бессильно упавшей руки.

Элинор никогда не призналась бы, но она часто ревновала Сая к привлекательным девушкам из ближнего окружения консорта. Любая из этих юных леди, получивших при рождении не только красоту, но еще и богатство, чьи дни проходили весело и беззаботно, среди праздников и увеселительных поездок, казалась ей более подходящей парой для наследника, чем девушка с Восточных холмов, пусть и наделенная силой. И порой она даже задумывалась, что будет делать, если Сай полюбит другую.

Но ей и в голову не приходило, что её соперницей станет судьба, которая в мгновение ока вознесла одного и унизила другого, и слабость Сая, не желавшего бороться с неизбежным, рискуя потерять все.

***

Мередит в одиночестве сидела за столом, наслаждаясь чашкой горячего чая с легким ароматом мяты. Дочь к завтраку не спустилась, и леди Тэнгу, немного подумав, не стала настаивать: у девочки и так трудный период в жизни, пусть немного отдохнет, прежде чем что-то решать. А вот отсутствие лорда Глена, уже несколько дней портившего настроение хозяйки дома, оказалось приятным сюрпризом.

Мередит знала, что вчера её гость и Элинор что-то долго обсуждали, причем на повышенных тонах. Подслушать, о чем речь, не удалось, из-за магической защиты. Но Мередит льстила себя надеждой, что её дочь отвергла притязания этого выскочки.

«Элинор очень сильна, – думала леди Тэнгу, – Глен просто еще не сталкивался с равными соперниками. А если что-то пойдет не так, у неё есть алый камень».

Быстрые шаги за дверью заставили её поднять голову. По губам женщины скользнула ледяная улыбка при виде гостя:

– Лорд Глен! Вы сегодня поздно. Я даже подумала, что вы уже уехали. Марк, – обратилась она к стоящему за её спиной слуге, – будьте добры, попросите поставить еще один прибор.

Молодой человек покачал головой:

– Благодарю, но я не настроен завтракать. Леди Мередит, скажите, вы видели сегодня Элинор?

Леди Тэнгу передернула плечами:

– Моя дочь, как вам известно, только вчера приехала. Она очень устала. Некоторым из нас, лорд Глен, приходится много и тяжело работать…

– Прошу прощения, леди Мередит, но мне не до колкостей. С Элинор все в порядке?

Женщина подавила вздох, собираясь обронить еще какое-то замечание, как вдруг вмешался Марк:

– Простите, господин, вас что-то беспокоит?

– Не знаю, как объяснить… – Глен провел рукой по лбу, – вы же – обычные люди…

– Да уж, попроще, лорд, – Мередит усмехнулась.

Молодой человек, не обращая на неё внимания, повернулся к Марку:

– У меня плохое предчувствие. С Элинор может случиться беда. И я знаю, что в доме её нет. Куда она могла поехать?

Повисла неловкая пауза. Мередит догадывалась, куда могла отправиться её дочь, но не могла решить, стоит ли сообщать об этом Глену. Наверное, все же нет. Этот человек не заслуживает, ни симпатии, ни малейшего доверия…

– Лорд, к северу отсюда находится Одинокий холм, – послышался ровный голос. – Леди Элинор с детства любила туда ездить, особенно, когда хотела о чем-то подумать, или ее что-то расстраивало.

Не взглянув на Мередит, сдвинувшую брови, Глен с благодарностью кивнул слуге и, резко повернувшись, вышел из комнаты.

Элинор оперлась спиной о поросший мохом камень. Вид с Одинокого холма открывался красивый: зеленые луга, щедро залитые солнечным светом, поблескивающая полоска ручейка, бегущего между камней, вдали – узкая темно-синяя полоска леса.

Научившись ездить верхом, Элинор часто приезжала сюда, сначала со слугами, в последние месяцы – в одиночестве. Здесь легко выбрать место для пикника, половить рыбу в ручье или найти какое-нибудь редкое растение.

Правда, жители ближних деревень отчего-то обходили стороной это место, и никогда не пасли здесь скот. Якобы, коровы и козы, поев сочной травы, внезапно погибали. Элинор только смеялась в ответ. Леди Тэнгу сразу бы почувствовала, если бы с землей случилось неладное.

Девушка прикрыла глаза, с удовольствием вдыхая теплый, наполненный ароматами трав, воздух. «Вот провести бы так всю жизнь, – думала она, – не вспоминая, ни о столице, ни о Посвящении, и, тем более, о Глене или Сае… Есть же счастливые люди, которых не принуждают делать то, чего не хочется! Мне же не досталось и крупицы свободы!»