— Спасибо, Таурнс, — кивнул Певенси, вздохнув.
Пока лекарь приводил состояние Ксении в порядок, Питер не отходил от неё ни на шаг, а когда помощь была оказана, и мужчина удалился, парень сел на стул рядом с кроватью подруги и, вздохнув, взял ту за руку, нежно сжимая тонкие пальчики.
— Какая же ты глупая, — прошептал он, печально улыбнувшись. Сейчас его злость отступила, но он знал, что как только она откроет свои прекрасные глаза, цвета тёмного шоколада, он наорёт на неё и, возможно, запрёт у себя в комнате, не отпуская ни на шаг от себя. То, как она повела себя, рискуя своей жизнью, он не одобрял, — а если бы я тебя потерял, Ксю? — то, как он это произнёс, вызвало улыбку и Питер пообещал себе, что она никогда не узнает о том, что такая вариация сокращения её имени ему больше по душе.
Сейчас Ксения была больше похожа на труп, чем на здорового человека: привычный яркий румянец сошёл с её щёк, реснички не трепетали, и сама по себе она была бледна и не подвижна. Такой она Певенси не нравилась. Ой как не нравилась.
— Питер? — даже оборачиваться не нужно было, чтобы понять, что в дверях крыла стоит Сьюзен. По каменному полу послышался цокот каблуков сестры, и вскоре её маленькая мягкая рука легла ему на плечо.
— Лучше вам не попадаться мне на глаза, — произнёс Питер грубо. Сью вздохнула. Она давно не видела брата в таком состоянии. И уж точно не думала, что именно эта девушка вызовет такую бурю эмоций.
— Питер… она сама вызвалась, — попыталась оправдаться девушка, поворачивая лицо брата к себе так, чтобы видеть его глаза.
— Ах, значит сама. А вы настолько глупы, чтобы её слушать, да?
— Ты не так всё понял. Она осталась, чтобы дать нам время вырваться. Питер, она спасла нас! — воскликнула Сьюзен. Брат тяжело вздохнул, а после вновь повернулся к лежащей без сознания девушке.
— Мне плевать. Вы… ты не должна была оставлять её один на один с тем, что напало на неё. Она же совсем ничего не умеет!
— Ты недооцениваешь её, Пит. Она на многое способна.
Питер хмыкнул. Его удивило то, что Сьюзен так лестно отозвалась о Ксении. С самого её появления сестра равнодушно относилась к ней и всегда игнорировала любой разговор о ней, а сейчас… сейчас она открылась. Рассказала то, что думала.
***
POV Ксения
Я видела страх в его чёрных, словно бусинки, глазах. Он бежал, не разбирая дороги. Бежал от меня. Ужас, сковавший его тело, не давал бежать в полную силу. Он начал сдаваться. Сил бежать больше нету. Пару секунд — и всё. Он в моих руках. Брыкается, шипит, рычит, но угрозы не действуют на меня. Мягкая шерсть обагрилась кровью, и мои пальцы заскользили по меху. Дёрнувшись ещё раз, он застыл, безвольно опустив маленькую головку себе на грудь. Кровь капала с лезвия моего ножа и текла по шерсти вниз и вниз, прямо от горла. Я убила его. Я убила Фреда.
Я распахнула глаза, обнаруживая себя сидящей на кровати. По щекам струились горячие слёзы, руки тряслись, а лёгкие почему-то горели огнём. Я не понимала того, что со мной происходит. Пальцы зарылись в мягкое одеяло и сжали его до бела в костяшках. Не удержавшись, я разрыдалась в голос. Я испугалась сама себя. Сама себя в том сне. То, что это был именно сон я не сомневалась ни капли, ведь прекрасно помнила то, что приключилось со мной недавно.
— Ксения! — воскликнул чей-то голос и мои плечи сжали в тисках. — Что с тобой? Ксень! — внезапно меня встряхнули и до меня вдруг дошло, что я продолжаю рыдать в голос при этом вцепившись в кровать и зажмурившись.
Открыв глаза, я в ночной темноте увидела перед собой голубые глаза Верховного короля. Боль и страх овладевали моим телом, и я инстинктивно искала защиты, поэтому не задумываясь ринулась в его объятия, утыкаясь носом куда-то в шею и обхватывая руками его плечи. Руки Питера кольцом обвили мою талию, и он аккуратно подтянул меня к себе, а носом зарылся мне в волосы.
Продолжая рыдать у него на плече, я не могла изгнать из головы картину, что намертво засела у меня в голове. Ещё никогда мне не снилось подобное. Я не хотела верить в то, что вообще способна на что-то подобное. Во сне я так хладнокровно убила единственного друга, который у меня есть здесь, в Нарнии, не усомнившись в своих действиях. Там, во сне, я монстр. Бездушный и безжалостный.
— Ксень, девочка моя, что произошло? — шептал Питер, поглаживая одной рукой мой затылок. Я не могла ответить ему, потому что до сих пор задыхалась от рыданий и боли в рёбрах. Вместо ответа я лишь сильнее прижалась к королю и всё сильнее сжимала в руках его рубашку на спине. — Ну же, хватит плакать. Не надо.
Постепенно рыдания стихали и я уже просто всхлипывала на плече у Певенси. Руки сами по себе разжались и мне пришлось их прижать к себе. Вытерев тыльной стороной ладони слёзы со щёк, я отстранилась от Питера и натянуто улыбнулась.
— Прости, — произнесла я, пряча от него глаза. Истерика прекратилась и мне стало стыдно от того, что ему пришлось лицезреть это.
