Катить нашу импровизированную повозку оказалось занятием нудным, утомительным и требующим внимания: многочисленные кочки и корни, вступив в сговор с не дающими двигаться хоть сколько-то прямолинейно деревьями, так и норовили опрокинуть наш вынужденно высокий и потому неустойчивый транспорт, весящий к тому же далеко за два центнера - почти центнер самой “Стрекозы” и полтора центнера припасов и имущества, которое не разобрали по рюкзакам. Я был уверен, что “всё своё ношу с собой” - это только мой хомяк, но и Кэт, и Куросакура, и даже Виль нашли немало вещей, которые “удобнее иметь всегда под рукой”. Кто бы спорил - роль тягловой силы досталась мне и Виль, как самому бесполезному и самой сильной соответственно.
***
Вообще, несмотря на жуткую физкультурную запущенность, я и до попадания был неплохим ходоком - маленький приз за большой вес - теперь же, после года довольно активной жизни без всяких лифтов, зато с многочисленными лестницами и регулярными серьёзными тренировками, я вполне уверенно тянул свою половину оба дневных перехода, а после них активно помогал ставить лагерь, пока шедшие до того налегке Кэт и Ку-тян бегали (реально бегом, блин!) на охоту.
Несмотря на все старания, в первый день мы прошли не больше двадцати километров, а с поправкой на постоянные обходы, думаю, по прямой набралось бы едва десять. Но постепенно мы освоились с неуклюжей тележкой, привыкли высматривать более-менее ровный путь на пару десятков шагов вперёд, и каждый день приближал нас к цели на добрых двадцать - двадцать пять вёрст.
Наша диета претерпела разительные изменения по сравнению с жизнью в лесном домике: всякие корнеплоды, овощи, каши, крупы и прочие фрукты исчезли из рациона почти полностью, даже в роли приправ использовались дикорастущие травы, сорванные на ходу - их место уверенно заняли мясо, птица и, по утрам, если рядом была речка и мой “телевизор” не оказывался пустым - рыба. Кэтлин с Куросакурой этой перемене откровенно и не скрываясь радовались, я, по вполне понятным причинам, к ним присоединился, но ведь и Виль тоже с удовольствием перешла на мясо. На мой вопрос она объяснила, что долго питаться одним мясом, конечно, вредно, но всё равно вкусно, просто растительную пищу в нужных клану количествах производить проще, чем животную, особенно при наличии грибных ферм, эффективно перерабатывающих “лишнюю” биомассу в необходимые белки.
С охотой и рыбалкой нам чаще везло, чем нет, так что иногда мы даже пополняли несомый с собой “совсем резервный” запас, а в особо “урожайных” местах ставили лагерь на два дня. В первую же такую стоянку Виль беспощадно выгнала Кэтлин и Куросакуру строить шалаш. Видимо, влияние Кэт и в этом пошло на пользу Виль, во всяком случае, она не боялась, не зажималась, и ей не было больно - даже наоборот! Я, конечно, далеко не Казанова, но настолько в женщинах разобраться успел.
========== Глава 22, полная сюрпризов, открытий и превозмогания. ==========
Всё шло слишком гладко - мелкие неприятности, вроде опрокинувшейся или застрявшей тачки не в счёт - и я постоянно ждал подвоха, следуя завету капитана Зелёного. Однако день сменялся ночью, ночь - снова днём, а проблем всё не было. Я с подозрением косился на Кэт, но, вопреки моим опасениям, с каждым днём так и сквозившие во всех её словах и движениях иезуитская изворотливость и своекорыстие отходили на второй план, сменяясь пусть и по-прежнему эгоцентричной, но открытой, можно сказать “честной”, прямолинейностью.
И всё-таки я дождался своего сюрприза, правда, как и положено сюрпризу, с другой стороны. На пятнадцатый день нашего путешествия, спустя двенадцать дней после того, как “Стрекоза” отказалась взлетать, вечером ко мне подошла необычно серьёзная Куросакура.
- Учитель, прими меня в свою гвардию. - На самом деле, слово было немного другое, что-то вроде “малая дружина” - личный отряд вождя племени, редко более десятка бойцов, но зато самых-самых и абсолютно преданных командиру.
- Но… Разве ты не собираешься вернуться к своему народу, когда закончишь обучение? Если, конечно, мне ещё осталось чему тебя учить. - Невесело хмыкнул я.
- Потом, когда состарюсь - может быть, и вернусь. Возьму пару деток потолковее, и тоже их чему-нибудь научу. А до тех пор - нет, не собираюсь. - Ответ Куросакуры был быстрым и уверенным, она явно успела обдумать этот вопрос со многих сторон. - А учиться всегда есть чему. Ничему не учатся только дураки и покойники… Впрочем, обычно первые очень быстро становятся вторыми. - Я в ответ только хмыкнул, а Куросакура опустилась на одно колено и твёрдо произнесла: - Я клянусь в верности вашему учению!
- Хорошо! - Произнёс я, ощутив, как меня окутала волна тепла, уже привычно покалывающая магией, и на правой руке зашевелилась Печать Разума. Буквально тут же к нам прибежали Виль - очень-очень решительная - и Кэт - несколько удивлённая.
