Арнольд ел неторопливо, основательно, со вкусом запивая еду холодным пивом. Бард, судя по всему, уже наелся и теперь выбирал из блюда кусочки повкуснее. Телли, наклонившись над тарелкой, быстро орудовал ложкой, не забывая поглядывать по сторонам. Глядя на него теперь, после разговора с Золтаном, Жуга и вправду находил в его лице все меньше человеческих черт.
Вовсе даже не одно, как думалось Жуге, а оба уха Телли были неправдоподобно вздернутыми, с чуть заострившимися кончиками. Отросшие белые волосы не могли скрыть от внимательного взгляда ни этих ушей, ни глаз — раскосых, черных, широко расставленных. Зубы у мальчишки были мелкие, очень острые и без клыков — одни резцы и коренные. Жуга вдруг понял, что выбитый совсем недавно зуб уже сменился новым. Впору было удивляться, как он не заметил всего этого раньше. Вспомнились и другие странности и несуразности, которые случались там, где появлялся Тил. Ему всегда удавалась подобраться незаметно; раньше, чем он сам хотел, его никто не мог увидеть. Он не пьянел от пива и вина, но совершенно не переносил табачный дым. Яд скорпиона на него не подействовал, царапины и раны заживали слишком быстро — след от вчерашнего укуса девушки почти исчез. Он мерз, но не болел от холода — вон, чуть ли не до снега проходил босиком. Дракон еще…
Жуга заерзал и снова потянулся за кувшином. Задумался.
Когда случились неприятности с Рудольфом, Рик дохнул огнем на разъяренных горожан. Если те слова мальчишки не были заклятием, то что же то было? Ответ напрашивался сам собой — разумеется, приказ прирученномму зверю. Приказ на каком-то языке… Нет, все равно, как ни крути, а что-то здесь было не так. Не верилось, что Тил злоумышляет против них и двигает их всех, как фишки на доске. Он, как и другие, казалось, подчинялся воле игрока. Да и фигурки сдвинуть мальчишка не мог. «Бр-р… — травника передернуло. — Со стороны посмотришь: пацан пацаном. Неужто ему вправду уже за сорок?»
Может, Телли в самом деле потерял память? Но как? Когда?
Как он вообще оказался в этом мире? Не прожил же он здесь в самом деле триста лет!
В этот момент Тил покосился на Жугу, и тот поспешно отвернулся, делая вид, что рассматривает развешанную по стенам кухонную утварь. Предметы там и впрямь были довольно странные. Для чего, например, могла сгодиться эта вот посудина, похожая на ковшик, но с дырявым дном?..
За размышленьями Жуга не заметил, как подошел Золтан, и вздрогнул, когда тот тронул его за плечо. Уселся рядом на скамью. Арнольд и бард насторожились. Тил сосредоточенно выскребал со дна горшка остатки каши.
— Ну что, — без предисловий начал Золтан, глядя на Арнольда, — вот мы и встретились, Арнольд… Давно мечтал тебя увидеть.
— Это что-то новенькое, — силач поднял бровь. — Ты на что намекаешь? Ты кто вообще такой?
— Мое имя Хагг. Золтан Хагг, — уточнил тот. — Слыхал, наверное?
— А, — Арнольд напрягся и отодвинул пустую миску. — Ищейка Господаря… Знаю, как же. Водка с пивом — потрясти, но не размешивать. Любого валит. Скольких ты таким манером подловил… Только зря ты на меня собаку вешаешь — за мной все чисто, я завязал. А если в Лиссе что и было, так это я оборонялся. Не веришь, вон, его спроси, — он кивнул на Телли.
— О чем вы? — Жуга непонимающе переводил взгляд с одного на другого.
— О нем, — кивнул на Арнольда Золтан. — Знакомься, Жуга: Арнольд Шварц.
— Шварц? — Жуга нахмурил лоб.
— Да. Брат Бертольда Шварца. Родной, между прочим. Он же — Якоб Сляйтер, он же — Иоганн Данко, он же — Конрад Разрушитель. Взрывает все, что не ломается. За ним тянется такая слава, что и нам с тобой не снилась. Чего стоит одно только ограбление банка в Локерене… Это тебе не мелочь по карманам тырить. Удивлен? У них еще дядя был — Арчибальд по кличке Грыжа. Тот еще пройдоха; особняки громил, как косточки из компота. В Вене промышлял. У меня эта семейка давно на примете.
— Ах ты… — Арнольд вскочил, выхватывая меч. — Крыса!
— Ну, ну… — Золтан укоризненно покачал головой. — Только познакомились и сразу и за меч… Во-первых, сядь. Во-вторых, я ограблениями не занимаюсь. А в третьих — тут ты прав — ведь ты и в самом деле завязал.
— Тогда какого хрена поминаешь старые грехи?
— Да просто хочется, чтобы твои приятели знали, с кем имеют дело. В конце концов, вам какое-то время придется еще побыть вместе.
Арнольд, поколебавшись, спрятал меч и сел.
— И не надейся, — буркнул он. — Я здесь не останусь даже на ночь. Я вообще не понимаю, как меня угораздило влипнуть в это дело. Нору я забираю с собой. Вилли, — он обернулся, — ты как?
— Не торопись, — ответил Золтан, прежде чем бард успел сказать хоть слово. — У нас есть о чем поговорить, помимо твоих прошлых подвигов. И ты, рифмач, не спеши. Сегодня вы заночуете здесь — все равно искать другое место уже поздно. А завтра вечером я объясню, что происходит. После ты можешь выбрать — уходить или остаться.
— Почему не сегодня?
— Потому что сегодня я знаю не все.
Арнольд, казалось, колебался.
— Ладно, — наконец сказал он. — Я согласен. До завтра я, пожалуй, подожду. Только не думай, что я тебя испугался.
