— Я так и подумала. — Колетта наклонилась вперед и вытащила кинжал из шеи женщины. — Яд подействует в течение часа. Перемести ее до этого.
Ивеун с восхищением и леденящим ужасом наблюдал за золотистой кровью, сочившейся из отверстия. Вот на что способны Фентри, если предоставить их самим себе. Способность стать достаточно могущественными, чтобы убивать Всадников Дракона и бросать вызов даже самому Доно. И все это благодаря силе украденных органов.
— Твоя проницательность не имеет себе равных. — Колетта начала собирать свои вещи, лишь бросив на него предостерегающий взгляд, который показал, что она его услышала. Ивеун посмотрел на Финнира, понимая, что его товарищ испытывает дискомфорт. Они очень редко принимали гостей в своих покоях. — Ты можешь мне многое рассказать, — обратился он к синему Дракону.
— Я скажу тебе все. — Финнир уткнулся мордой в землю у ног Ивеуна. — Но у нас есть более насущные дела. Петра поклялась бросить мне вызов сегодня в суде.
И Петра победит.
Ивеун вздохнул. Синий мешок плоти, лежащий перед ним, порой доставлял больше хлопот, чем стоил. Как бы легко ни было разделаться с Финниром раз и навсегда, это было бы полумерой, легким путем. Он слишком долго лечил Финнира, чтобы тратить на это силы.
— После вчерашнего дня суд не нужен, — объявил Ивеун. — У нее не будет возможности бросить тебе вызов, поскольку мы будем в Лисипе в течение часа. Я объявлю об окончании суда.
Ивеун уставился на бессознательного инженера, женщину, которая в одиночку доставила ему столько неприятностей. Ему нужна была информация. Но в кои-то веки у него будет время добыть ее. И Ивеун будет делать это восхитительно медленно, полными мерами.
42. Флоренс
Комната начала пустеть, и Флоренс ждала. Она не стала бы подкупать Пауэлла, отнимая у него этот момент. К тому же молчаливое наблюдение освобождало ей время для размышлений.
Она прибыла сюда по поручению Наместника-Алхимика, чтобы заручиться лояльностью Харвестеров. Флоренс взглянула на Нору и Дерека. Она прибыла сюда в качестве сопровождающего тех, кто был назначен обеспечить лояльность гильдии Тер.1.
Но между ней и ее друзьями-Алхимиками постепенно нарастал раскол. Не по сердцу — в этом отношении они были близки, как никогда. Разлад был связан с целью. Нору и Дерека по-прежнему тянули за собой механизмы судьбы и случая. Флоренс слишком часто видела, как крутятся эти шестеренки. В мире есть два типа людей: те, кто заряжает ружье, и те, кто нажимает на курок.
Флоренс хотела быть последней.
Она не хотела больше жить в мире, созданном Драконами. Конечно, некоторые Драконы, например Кварех, были искренними, мирными и добрыми. Но чем больше Флоренс общалась с представителями этой расы, тем больше убеждалась в том, что Арианна всегда была права. Драконы были злобными, разрушительными существами, не заботившимися о мире. Что бы ни говорил Пауэлл, Флоренс не могла поверить, что их намерения совпадают с их действиями. Они проявляли сострадание лишь до тех пор, пока это было им выгодно, и даже тогда именно Харвестеры находили решения проблем, с которыми сталкивался Лум.
Флоренс оттолкнулась от стены и направилась в центр комнаты. Здесь было всего несколько подмастерьев с полностью вычерченными серпами на щеках и магистры. Это был самый подходящий момент.
— Поздравляю, Наместник-Харвестер, — искренне похвалила Флоренс.
Угольного цвета глаза Пауэлла встретились с ее глазами, отгороженными пучком длинных волос, которые вечно стремились скрыть его правый глаз. Он выглядел изможденным, как и все они. Но этот человек постарел почти вдвое за час. На его щеке еще не был вытатуирован круг Мастера, а он уже был Наместником.
— Расскажите мне о восстании. — Пауэлл не терял времени. Он знал, для чего они здесь.
— Алхимики работают над созданием Философской Шкатулки. — Дерек шагнул вперед. — Если у нас будет необходимое количество золота и органов…
— Философская Шкатулка? — Макс забавно фыркнул. — Нам нужны решения, а Алхимики дают нам только месты.
— Уверяю тебя, это вполне реально, — ответил Дерек быстрее, чем Флоренс.
— Твоя гильдия утверждала это еще до твоего рождения. — Феодосия подалась вперед. — Но нам еще предстоит увидеть результат. Сшить Химеру с таким количеством магии и не упасть — невозможно.
— У нас есть надежная зацепка. — Нора вступила в бой, как будто для того, чтобы Дерек не оказался в меньшинстве по сравнению с Харвестерами.
— Зацепки и ложь. — Макс повернулся к новому Наместнику. — Пауэлл, у нас есть другие, более насущные дела. Мы должны реорганизовать Гильдию. Мы должны восстановить Фарер. Мы несем ответственность за то, что осталось от Харвестеров.
Пауэлл не сводил с нее глаз. Комната гудела вокруг них, но Пауэлл оставался сосредоточенным, ищущим, безмолвно взывающим к чему-то в душе Флоренс, что он, возможно, чувствовал все это время. Что заставило его заговорить с ней в том поезде? Что связывало их с такой верой?
