– Привет, как вы тут поживаете? – с лучезарной улыбкой обратился он к почтенного вида женщине с корзиной яблок; та разговаривала со своей соседкой, тоже весьма почтенных размеров дамой, державшей в руках лукошко яиц. – Меня зовут Тассельхоф Непоседа. Батюшки, какая длиннющая очередь! А нет ли какой-нибудь другой дороги в этот город?
Обе женщины одновременно повернулись к нему, и их лица тут же приняли самое свирепое выражение, а та, что с яблоками, почему-то замахнулась на кендера кулаком.
– Держись от меня подальше, дрянь ты эдакая! Зря теряешь тут время. В город таких не пускают. Нам кендеры не нужны!
– Фу, какие неприветливые, – пробормотал Тассельхоф и отошел в сторону. Он присел неподалеку в тени дерева и принялся грызть яблоко. Пока он предавался этому занятию, не спуская глаз с ворот, ни один кендер не вошел в город, а, наоборот, двоих вышвырнули за его пределы.
Тас подождал, пока те поднимутся, отряхнутся и подберут свои сумочки, и принялся кричать и размахивать руками, подзывая кендеров к себе. Обрадованные тем, что встретили соплеменника, они подбежали к Тасу.
– Ливорт Ловкач, – представился один из них, протягивая руку.
– Мерибель Оленья Шерсть, – пропела другая, тоже протягивая руку.
– Тассельхоф Непоседа, – солидно сказал Тас.
– Нет, в самом деле? – обрадовалась Мерибель. – Мы же с тобой встречались на прошлой неделе. Только ты выглядел немножко иначе. Ты что-то сделал с волосами?
– А что у тебя в сумочках? – прервал ее Ливорт.
С волнением обдумывая ответ на этот интересный вопрос, Тас, в свою очередь, спросил, что находится у них в сумочках, после чего последовал сеанс общего ныряния в эти самые сумочки и обмена их содержимым. Затем Тас объяснил, что он не один из бесчисленных Тассельхофов, слоняющихся по Ансалону,
Эта история произвела на его собеседников огромное впечатление. Они оценили обломки и были счастливы обменять на их часть самые ценные из своих сокровищ. Тас внимательно проследил за тем, как обломки исчезают в чужих сумочках, глубоко сомневаясь, что они там надолго задержатся. Но игра стоила свеч. Наконец, когда все, что можно обменять, было обменяно и каждая история, достойная рассказа, была рассказана, он поведал новым друзьям о том, как оказался в Соланте.
– Мною предприняты некие чрезвычайно важные поиски. – Бросив взгляд на собеседников, Тас убедился, что они прониклись должным почтением. – Поиски одного Соламнийского Рыцаря.
– Тогда ты пришел куда надо, – сказал Ливорт, показывая большим пальцем через плечо. – Там их так много, что яблоку негде упасть.
– А что ты будешь с ним делать, когда найдешь? – Мерибель подняла брови. – По-моему, они совсем не забавные.
– Мой рыцарь особенный, – объяснил Тас. – Мы с ним раньше уже встречались, только я потом его потерял и теперь надеюсь, что он здесь, они ведь любят собираться вместе… Мой рыцарь во-о-от такой вышины, – кендер приподнялся на цыпочки и, насколько мог, высоко задрал руку, – и страх какой безобразный, даже для человека, а волосы у него цвета пшеничной лепешки.
Кендеры переглянулись и покачали головами. Им довелось видеть разных рыцарей, и кое-кого из них они кратенько описали, но Тас ни в ком не узнал того, кого искал.
– Нет, это не то, – сказал он, – опять усаживаясь на землю, – мне нужен мой собственный. Мы с ним ужасные друзья. Придется мне самому взглянуть. Эти женщины сказали мне – да, кстати о яблоках, кто-нибудь из вас любит яблоки? В общем, эти женщины сказали мне, что кендеров не пускают в Солант.
– Это не так. На самом деле кендеров здесь очень даже любят, – заверила Таса Мерибель.
– Это они нарочно так говорят, для виду, – добавил Ливорт.
– В Соланте они даже не бросают кендеров в тюрьму, вот, – с энтузиазмом продолжала Мерибель. – Ты только вообрази! Едва они хватают… э-э, ну, в общем,
– Так, чтобы ты мог видеть все достопримечательности…
– И потом выводят через главные ворота. Как настоящую знаменитость.
Тассельхоф вынужден был согласиться, что, коли так, Солант действительно довольно приятное место. Теперь ему надо было проникнуть в город. Новые друзья тут же познакомили Таса с несколькими малоизвестными путями и пояснили, что следует иметь альтернативный маршрут – на случай, если основную дорогу перекроет патруль.
Попрощавшись, Тас отправился попытать счастья. Маршрут номер два сработал необыкновенно удачно (мы, к сожалению, не можем раскрыть вам его, ибо нас настоятельно просили этого не делать), и через час Тассельхоф вошел в город – потный, грязный, в разорванной одежде, но зато с нетронутыми сумочками.
