Относительно его положения здесь Главы Орденов объяснили ему, что к Повелителю Уоррену послан гонец, но о времени его возвращения оставалось только догадываться. Да и найдет ли его гонец? И найдется ли в Соланте другое место? И найдется ли в Соланте кто-нибудь, кто знает его отца, а если найдется, признает ли он Герарда?
От беспокойства Герард не мог найти себе места, вертелся и вертелся с боку на бок, страхи и сомнения глодали его сердце. Голосок кендера сначала приятно отвлекал от невеселых дум, но потом превратился в надоедливый шум, подобный падению дождевых капель в металлический таз. Измученный до предела, Герард отвернулся лицом к стене и затих, не обращая внимания на патетические вздохи и охи Тассельхофа. Он уже погружался в сон, когда неожиданно до его слуха донеслись (возможно, это и было сном) слова колыбельной песни:
Сомкнутся у цветов
Ресницы лепестков.
Тьма – погляди наверх.
С последним вздохом дня,
Молчание храня,
Усни, любовь, навек.
Клубится мрак внизу.
Но здесь, в ночном лесу,
В сгустившейся тени
Ты, погружаясь в сон,
Возносишься, спасен.
Любовь, навек усни.
Мелодия убаюкивала и успокаивала, и Герард наконец заснул. Разбудил его голос, прозвучавший из темноты:
– Господин рыцарь, где вы? – спрашивала какая-то женщина.
У Герарда взволнованно забилось сердце. В первый момент он подумал, что голос принадлежит госпоже Одиле, но тембр был иным, более музыкальным и мягким, и в голосе не чувствовалось акцента, свойственного уроженцам Соламнии. К тому же госпожа Одила никогда не стала бы обращаться к нему подобным образом.
Теплый желтый свет возник в окружающей темноте. Герард вытянул голову, чтобы увидеть того, кто разыскивал его среди ночи.
Сначала он не увидел никого, потому что женщина, спустившись с последней ступеньки, помедлила за стеной в ожидании ответа. Затем свет свечи в ее руке дрогнул и стал приближаться, женщина вышла из-за стены, и Герард увидел ее силуэт. Белые длинные одежды казались нежно-желтыми в тусклом свете, волосы отливали серебром и золотом.
– Господин рыцарь, где вы? – снова спросила она, оглядываясь.
– Золотая Луна! – воскликнул Тассельхоф и замахал рукой. – Иди сюда! Он здесь.
– Это ты, Тас? Не кричи, пожалуйста. Я ищу рыцаря, господина Герарда…
– Я здесь, госпожа Первая Наставница, – отозвался Герард.
Быстро поднявшись с койки, он подошел к решетке, ограждавшей камеру, и встал так, чтобы она могла видеть его лицо. Кендер порывисто протянул сквозь решетку руки и почти прижался к ней лицом. Гном тоже проснулся и привстал с пола. Выглядел Конундрум сонным, ничего не понимающим и очень подозрительным.
Золотая Луна, поднеся свечу к лицу Герарда, стала пристально всматриваться в него.
– Тассельхоф, – спросила она кендера, – это тот самый Соламнийский Рыцарь, который, как ты мне рассказывал, отвез тебя к Палину в Квалинести?
– Да-да, он самый, Золотая Луна, – заверил ее кендер.
Молодой человек покраснел.
– Вам нелегко в это поверить, госпожа Первая Наставница, но в данном случае кендер говорит чистую правду. Мундир Неракского Рыцаря, в котором я был, привел к недоразумению…
– Пожалуйста, не продолжайте, господин рыцарь, – прервала его женщина, – я верю Тасу. Мы с ним давно знакомы. Мы долгие годы вместе сражались. О вас он рассказывал как о честном и смелом человеке, вы были ему добрым другом.
Щеки Герарда побагровели от стыда. «Добрый друг» всего несколько минут назад мечтал о том, чтобы никогда в жизни не видеть этого кендера.
– Самым лучшим другом на свете, – закивал с готовностью Тас. – Лучшего у меня никогда не было. Потому я и шел в Солант, чтобы разыскать его. Теперь мы нашли друг друга и оказались вместе, как раньше. Я только что рассказывал ему истории о своем дядюшке Пружине.
– Где я нахожусь? – послышался вдруг недовольный голос гнома. – Кто вы все такие?
– Госпожа Первая Наставница, я должен объясниться… – начал было Герард, но Золотая Луна подняла руку, призывая его к молчанию.
– Мне не нужны ваши объяснения. – Она смотрела рыцарю прямо в глаза. – Вы прилетели сюда на синем драконе.
– Да, госпожа. У меня не было другой возможности достичь…
– Оставьте. Это не имеет значения. Нам нужно спешить. Та женщина сказала, что дракона еще не поймали, он где-то поблизости. Это правда?
– Я… Я понятия не имею, госпожа Первая Наставница. – Герард недоумевал. Сначала ему пришло в голову, что она пришла с обвинениями, потом стало казаться, что она собирается молиться за него или что там еще делают эти жрецы Цитадели. Теперь же он вообще не понимал, что ей нужно. – Вполне возможно, что так. Дракон обещал дождаться моего возвращения, я намеревался доставить послание Совету Рыцарей и сразу вернуться в Квалинести, чтобы участвовать в обороне.
– Прошу вас, возьмите меня с собой, господин рыцарь.
Герард изумленно раскрыл рот.
