Скарн краем глаза заглянул в овальное зеркало размером с небольшой щит. К своему изумлению, он увидел там совершенно неожиданные образы: кентавра, мага и трех вооруженных воинов. Рядом с зеркалом лежал обоюдоострый кинжал, истекающий тягучим зеленым ядом, кожаный пояс со множеством отметин, несомненно означающих число убитых, открытый футляр с гарротой, отполированные до блеска воровские отмычки и три длинные иглы, которые, по твердому убеждению гнома, не были предназначены для обычного шитья.
Драконица, казалось, задремала. Скарн снова заинтересовался необычным зеркалом.
– Эй, Гаспар, как ты думаешь, что это такое? С виду как будто зеркало?
Гаспар шагнул к нему, но тотчас остановился – нейдар коснулся поверхности зеркала и мгновенно исчез. Теперь к отражениям кентавра, мага и трех воинов добавился образ перепуганного и сконфуженного в своей беспомощности Скарна.
Драконица приоткрыла один глаз, издала продолжительное и долгое ворчание, в котором Гаспару послышались унизительные слова о «помощниках».
– Кранидор, – отчетливо произнесла она, и Скарн вылетел из зеркала. Гаспар сейчас же перевернул зеркало и положил на кучу стальных монет.
– Не играйте с магией, – строго предупредила их драконица. – Ваша задача – только пересчитать все сокровища.
– Н-но как же мы можем все описать, если хотя бы не попытаемся узнать, что это такое?
На этот раз вопрос исходил от Скарна, который заикался сильнее, чем прежде. Драконица снова заворчала:
– Старайтесь, как можете. От этого зависит ваша жизнь.
Она снова закрыла глаз.
Скарн занялся рубинами, ссыпанными в небольшой стеклянный кубок. Рядом лежал изумруд величиной с кулак.
– Тете Чарти это наверняка понравилось бы, – тихонько пробормотал он.
Гаспар тем временем сосредоточился на шкатулке с карандашами из слоновой кости с алмазными наконечниками.
– Хрустальный шар, – неожиданно раздался голос драконицы спустя несколько минут. – Принесите мне хрустальный шар. Любой, который попадется.
– П-принеси ты, – едва сумел выговорить Скарн, умоляюще глядя на Гаспара. – П-пожалуйста, принеси ей шар. Я так занят пересчетом этих драгоценных камней.
Хайлар метнул в его сторону уничтожающий взгляд, но гордо выпрямился, стараясь преодолеть свой страх. Он вспомнил, что неподалеку от груды доспехов видел полдюжины хрустальных шаров, и принюхался.
– Эти еще не сосчитаны, – сказал Гаспар, обращаясь скорее к себе самому, чем к драконице. – Мы не добрались до этой части пещеры.
Он поднял один из шаров и осторожно понес его красной, стараясь не глянуть ненароком в глаза чудовища и не выронить хрупкий предмет из трясущихся пальцев.
Драконица скосила глаза на положенный между передних лап шарик.
– Возвращайся к работе, – прошипела она.
Гаспару не надо было повторять дважды. До этого ему только раз приходилось встречаться с драконом, это произошло около сотни лет назад. Тогда бронзовый устроил засаду в Харолисовых горах и наблюдал за торговым путем, ведущим из Пыльных Равнин. Тот древний дракон производил более сильное впечатление, чем эта красная, в пещере, хотя и находился гораздо дальше. Был еще один случай, когда вскоре после Войны Хаоса Гаспар со своими приятелями высунули головы из шахты и увидели каких-то больших существ, летящих по небу. Они решили, что это драконы. Но это мог быть кто угодно, и находились они слишком далеко, чтобы беспокоиться по этому поводу.
В этой пещере драконица всегда была слишком близко. Гаспар даже запомнил ее запах – сернистый газ и что-то еще, напоминающее резкий дым горящего дерева. Он заглушал приятные ароматы сирени и корицы, и у хайлара постоянно першило в горле. Этот запах въелся в его глотку, от него пересыхало во рту и распухал язык.
«Может, на этот раз она не останется надолго, – думал Гаспар. – В прошлый свой приход она только и сделала, что напугала нас, а потом ушла».
– К работе, я сказала!
– Д-да, драконица, – ответил Гаспар со всей поспешностью, на которую был способен его распухший язык.
Вместе со Скарном он перешел в другой угол пещеры – подальше от красной – и стал разделять на разные кучи оружие, доспехи, магические артефакты, драгоценные камни, монеты и другие предметы. Изредка гномы опасливо оглядывались через плечо. А драконица дотронулась когтем до хрустального шара и опустила голову, чтобы смотреть прямо в его сердцевину.
– Кузен Сумрак, – заговорила драконица громко и отчетливо. – Мой дорогой темный кузен, куда ты подевался? – Она осторожно постучала когтем по шарику, и в ответ на ее призыв в хрустале появился образ черного дракона. – А, вот ты где!
Черный дракон прищурил желтые глаза, и с его нижней губы капнула ядовитая слюна.
– Ты осмеливаешься отрывать меня от полуденной дремы?!
– Осмеливаюсь, – ехидно ответила красная, – поскольку хочу похвастаться.
Черный вопросительно изогнул бровь.
– Речь идет о моих сокровищах, – продолжала драконица. – Я нашла абсолютно невероятный способ инвентаризации своих сокровищ, чтобы раз и навсегда решить, кто из нас богаче.
Выражение на морде черного дракона изменилось; теперь он казался искренне заинтересованным.
