Джим Эккерт неуверенно постучал когтем по двери, выкрашенной в голубой цвет.
Тишина.
Он постучал еще раз. В глубине этого странного дома с островерхой крышей послышались чьи-то торопливые шаги, и дверь приоткрылась. В щель выглянул старик в шляпе с конической тульей и раздраженным выражением на худом лице, с растрепанной седой бородой.
— Извините, сегодня я драконов не принимаю! — отрезал он. — Приходите в следующий вторник. — И он захлопнул дверь.
Все, конец. Последняя капля. Джим Эккерт с глухим стуком плюхнулся задом на землю. Все закружилось у него перед глазами: на заднем плане небольшая лесная поляна с неправдоподобно крошечным прудом, звенящим, как китайские стеклянные подвески-колокольчики, ухоженная лужайка с ведущей к дому дорожкой, посыпанной белым гравием, и пышные клумбы, где исхитрились одновременно расцвести астры, тюльпаны, циннии, розы и ландыши, под указателем с надписью: «С. Каролинус». Ему больше не вынести этого. Того и гляди, он совсем спятит и вообразит себя арахисом или кокер-спаниелем. И все это дело рук Гроттвольда Хансона. Теперь доктору Хоуэлсу придется искать другого ассистента для кафедры английской филологии. Энджи…
Энджи!
Джим снова забарабанил в дверь. Она приоткрылась.
— Дракон! — с яростью завопил С. Каролинус. — А не хочешь ли ты превратиться в жука?
— Но я не дракон! — горестно возразил Джим.
Чародей уставился на него, потом жестом отчаяния дернул себя за бороду и принялся яростно жевать ее.
— Где это видано, — гневно начал он, — чтобы у дракона хватило мозгов на то, чтобы вообразить себя не драконом? Ответьте мне, о силы всемогущие!
— Информация верна физически, но не физиологически, — отозвался могучий бас прямо из воздуха примерно в полутора метрах над землей.
Джим решил было, что вопрос носит чисто риторический характер, и теперь вздрогнул от неожиданности.
— Вот как? — С. Каролинус поглядел на Джима с любопытством. — Гм… — Он выплюнул пару волосков. — Ну ладно, входи, Аномалия — или как ты себя там называешь.
Джим протиснулся в дверь и оказался в просторной комнате. Она была уставлена разномастной мебелью и алхимическим оборудованием.
— Гм… — изрек С. Каролинус, закрыв дверь и в задумчивости обойдя Джима. — Если ты не дракон, то кто?
— Ну, на самом деле меня зовут Джим Эккерт, — пояснил Джим. — Но я почему-то оказался в теле дракона по имени Горбаш.
— И тебя это беспокоит. Потому ты явился ко мне. Очень мило, — с сарказмом отозвался чародей. Он поморщился, помял живот и зажмурился. — Может, ты знаешь, что помогает от постоянной боли в животе? Разумеется, не знаешь. Ладно, продолжай.
— В общем, я хотел бы вернуться назад в свое тело. И забрать с собой Энджи. Это моя невеста, и я могу послать ее обратно, но я не могу одновременно послать обратно себя. Видите ли, этот Гроттвольд Хансон… ладно, наверное, надо рассказать все с самого начала.
— Блестящая идея, Горбаш, — одобрил Каролинус, — или как там тебя зовут.
— Ну так вот, — произнес Джим. Каролинус дернулся от нетерпения, и Джим поспешил продолжить: — Я преподавал в учебном заведении под названием Ривероук-колледж, это в Соединенных Штатах, — вряд ли вы слышали о нем…
— Дальше, дальше, — поторопил его Каролинус.
— Я был младшим преподавателем, то есть ассистентом. Профессор Хоуэлс, заведующий кафедрой английского языка и литературы, еще год назад пообещал перевести меня на ставку преподавателя. Но так и не перевел. А Энджи — Энджи Гилман, моя невеста…
— Ты уже говорил о ней.
