— Что за проходной двор вы тут устроили, пока меня не было? — резко оборвала меня моя мама. Её глаза строго сверкнули. Я вжала голову в плечи. Рядом со своей властной и статной матерью по-прежнему ощущала себя несмышлёной девчонкой. Вот кто была истинная Снежная королева! Я лишь пыталась тянуться за ней всю жизнь… без особого успеха. Впрочем, может, в этом и было всё дело? Я должна была быть собой. Чтобы у меня всё получилось.
— Долгая история! — рассмеялся Кай. — Спросите Христиана! Он расскажет по дороге. Он у нас теперь знатный рассказчик. Натренировался, придумывая сказки на ночь нашему сыну.
Я хлопнула в ладоши.
Повинуясь моему мысленному приказу, элементали притащили вещь, которую все эти годы я бережно хранила, несмотря ни на что.
Иногда оживляла. Но он всякий раз упрямо возвращался в деревянный вид, когда уставал. Не хотел оставаться в моём магическом зверинце, и я смирилась со своеволием зверя. Может, он захочет вернуться на волю? И заодно выполнить одно доброе дело.
Я прошептала тихо пару слов. Дунула на ладонь.
И снежным ветром с моей руки понесло деревянную фигурку снежного оленя.
Она упала об ледяной пол, и в снопах искр стала увеличиваться в размерах.
Мама посмотрела на меня уважительно, когда перед ней очутился огромный северный олень — тот самый, на котором в наш дом прибыла когда-то Герда. Он нетерпеливо бил копытом, закидывая на спину могучую голову с ветвистыми рогами.
Мама небрежно похлопала его по лохматой белой холке.
— Я смотрю, ты стала могущественной волшебницей, пока меня не было. Ни разу не говорила этого… но горжусь тобой, Сольвейг. Всегда гордилась! До скорой встречи. И не расслабляйтесь! Надеюсь, к моему следующему визиту здесь наведут порядок! Подумать только, звери за одним столом с людьми…
Она укоризненно цокнула языком, покачала головой, а потом легко вспорхнула на спину оленя.
Христиан по-прежнему сидел у неё на плече, сияющий от счастья, что любимая хозяйка вернулась.
Сын взял меня за руку и помахал бабушке вслед — когда серебряная стрела сорвалась с места, и олень крупными прыжками рванул по ледяным коридорам, высекая искры из-под копыт.
Вот и ещё одна страница моей истории перевёрнута.
— Кай, я только сейчас поняла! — удивлённо посмотрела я на мужа, который подошёл сзади и положил руки мне на плечи в успокаивающем жесте. — Если король Снеригета — мой отец… то принцесса Матильда, что же…
— Твоя сводная сестра, — кивнул он. — Ещё не передумала жить тут в уединении? Похоже, твоя семья куда больше, чем ты думала. Там тебя тоже станут почитать как принцессу. Балы, расфуфыренные придворные…
Я обернулась и крепко обняла его за шею.
— Вы — моя семья. Никакие сокровища королевских дворцов я не променяю на наш дом. И вот ещё что… — я скосила глаза на сына. — Давай-ка попросим Дракошку ещё немного поняньчиться с Хансом. Я только что поняла… что мне нестерпимо хочется остаться с тобой наедине. Для одного срочного дела.
Чёрные глаза остро сверкнули.
Не говоря ни слова, Кай подхватил меня на руки.
И понёс в сторону спальни.
Без Христиана тут станет слишком тихо! Надо срочно добавить шуму и гаму.
Дочка — отличная идея. Я всегда так думала.
Муж нёс меня, не отрывая глаз. В нашем взгляде было всё — всё, что мы так и не смогли сполна выразить словами друг другу за все эти годы.
Пока позади нас Дракошка и её усатые детки нетерпеливо лезли вместе с нашим сыном в оставленные на столе тарелки, которые элементали наполнили чем-то очень сладким, судя по запахам. Дракоты переливались мерцающими искрами — и каждый из них нёс в себе исполнение чьего-то будущего желания.
Я вдруг вспомнила, как мечтала когда-то увидеть хотя бы одного дракота. Как искала, волновалась, пыталась ухватить своенравное чудо за хвост. Переживала, что всё это лишь сказки, и я наивная дура, что верю в них. Потому что дракоты давно вымерли, навсегда покинули наш скучный мир, из которого почти уже ушло всё волшебство.
А вот теперь они стали частью нашей маленькой семьи.
Их присутствие рядом с нами неизменно наполняет мою душу теплом и счастьем.
Как залог того, что чудеса не заканчиваются на свете.
До тех пор, пока в них верит хотя бы один человек.
Конец