Однажды коварная Снежная королева украла мальчика по имени Кай, чтобы забрать его в свое далёкое заснеженное королевство и заставить складывать из ледышек слово «Вечность…». Знакомая сказка?Но вот только нам никто не рассказывал о том, что у Снежной королевы была ещё и дочь.И это — совсем другая история.От автора: Моя версия сказки «Снежная королева». Ретеллинг
Что ж… начнём. Дойдя до конца этой истории, вы будете знать намного больше, чем знаете сейчас.
Однажды юной и прекрасной Снежной королеве исполнилось восемнадцать.
В тот же день вредный старый ворон Христиан, чьи белые перья покрывал иней, а голос скрипел, как несмазанная дверь старого амбара, заявил ей, что если она не найдет себе жениха в ближайшие три дня, то обратится в ледышку.
Снежной королеве, то есть мне, слышать это было, конечно же, неприятно. Превращаться в ледышку не хотелось. Тем более, что у меня там яйца снежных грифонов на подходе, вот-вот вылупятся, а в реликтовой роще ледяных дубов впервые за много лет появился росток, и надо следить, чтоб элементали не заморозили… короче говоря, некогда мне помирать!
Но ещё меньше хотелось выходить замуж за первого встречного.
Тем более, что на расстоянии десятков дней пути в округе ни первого встречного, ни второго, ни третьего днём с огнём на сыскать. Так что результат в принципе предсказуем.
— Ты не мог раньше сказать? Я бы морально подготовилась к собственным похоронам, — я стремительно шагала по бесконечному ледяному залу, прикидывая, чем кормить птенцов. В книгах об этом ничего не было. Только то, что мамаши из грифонов получаются отвратительные, и в девяти случаях из десяти они бросают птенцов на произвол судьбы. Что выживет, то выживет.
В принципе, мне такой подход был знаком.
Примерно так поступила моя собственная родная мать, предыдущая Снежная королева, когда десять лет назад бросила трон на меня, а сама куда-то исчезла. Если бы не болтун Христиан, я бы, наверное, тут разговаривать по-человечески уже разучилась.
В запретном королевстве Фрозенгард, до которого не всякий северный олень способен добраться через бесконечные снежные пустоши, кроме меня не было ни единой живой человеческой души.
— Не р-р-разделяю твоего легкомысленного настр-роения! — каркнул Христиан и спикировав мне на плечо, больно сжал его когтями.
— Потому что ты говоришь какую-то ерунду. С чего бы мне леденеть? И вообще, откуда ты взял?
Ворон обиженно завозился и не сразу ответил.
— Зеркало.
Я остановилась, как вкопанная.
— Что?
— Утр-ром оно снова ожило.
— И ты до сих пор молчал⁈
Христиан надулся, встопорщив белоснежные перья.
— Тебя невозможно было найти! Я весь Фр-розенгар-рд облетел.
— Я была в теплицах.
«Теплицами» я называла подземелья своей Твердыни, где из-за близости к Сердцу гор царила такая ледяная стужа, что создавалась идеальная атмосфера для вызревания яиц снежных грифонов. Христиан за это обычно называл меня чокнутой. Но в чём я виновата? Настоящие теплицы, настоящую зелень и настоящие цветы я видела только на картинках в книгах. К счастью, книг было много, и за всю свою жизнь я не осилила даже сотой части из тех, что хранились в библиотеке дворца.
— Что сказало зеркало? — немедленно накинулась я на Христиана.
— То, что я тебе передал, слово в слово! Если юная Снежная королева не найдёт жениха в ближайшие три дня, её ждёт неминуемая злая учесть. Она превратится в ледяную статую. Дай посмотрю, вдруг ты уже начала… — Ворон задумчиво заглянул мне в ухо. Я отмахнулась. Он сорвался с моего плеча и, тяжело хлопая крыльями, полетел вперёд.
Я тут же сменила траекторию своего шага. Ясли полярных лисят подождут. Новость срочно необходимо было проверить. Зеркало молчало столько лет! Я уж думала, не признаёт меня полноправной хозяйкой. Все знали, что оно повинуется только королеве Фрозенгарда. Моя мать долгие часы проводила, беседуя с ним. Я так и запомнила её — величественную, ослепительно прекрасную, холодную. Сидящую на троне, до которого вела такая длинная лестница ледяных ступеней, что я вечно боялась подниматься по ним и обычно останавливалась у подножия, задирая голову. И бездушное овальное стекло, парящее в воздухе перед ней, с которым она разговаривала намного, намного чаще, чем со мной.
…А вот и он.
Трон Фрозенгарда.
Посреди гигантского молчаливого зала, потолок которого переливался текучей лентой Северного сияния, возвышался престол моих предков.
Бесконечная, бесконечная цепь. Сотни и сотни Снежных королев. Имя каждой из них хранят летописи в архивах Фрозенгарда.
Все мы существуем лишь для одного — чтобы не переставало биться Сердце гор. Если это случится… но лучше о таком даже не думать. Какое счастье, что люди, живущие в королевствах к югу от нас, все жители этих маленьких стран, уютных городков и цветущих селений, даже не подозревают, от какой страшной угрозы защищают их горы, которые в сказках, рассказанных шёпотом у костров, они называют Проклятыми.
Мы не имеем права покинуть свой пост.
Мы не имеем права любить и дружить с людьми. О том, что в мире существует что-то ещё, кроме безмолвия гор и холодного блеска северного сияния, мы узнаем только из магических книг.
Мы не имеем права изменить хоть что-то в своей судьбе.
Одна жизнь — в обмен на жизни тысяч и тысяч людей. Наверное, справедливый размен.