Драматургия ГДР полностью

Появляются  д в а  г о с п о д и н а.

Да будет свет! Анна, что ты там бормочешь, вверни лампочки.

Анна ввертывает лампочку.

Нет, не одну. Все! Да, пусть соседи заглядывают. Что они увидят? Опытных коммерсантов за работой. Да, за работой. Нет, это не безумная смелость, а верный расчет. Сними чехлы с кресел.

Анна снимает чехлы.

Что значит, чужая в доме? Беженку мы поселим на чердаке. Какие еще ведра с песком? Теперь они ни к чему. Перестань бормотать! Если мы наконец не возьмемся за ум, то в один прекрасный день все пойдет прахом. (Кричит.) Нет, не лучше, когда прахом! Мне надоело обделывать свои дела в бомбоубежище лишь потому, что моя жена якобы способна видеть на три аршина сквозь землю! Да кто я, наконец? А теперь позаботься о беженке, как там ее. Дай ей поесть, что-нибудь горячее. Нет, не Брунгильда позаботится, а ты. На то есть свой резон.

А н н а  выходит.

(К гостям.) У нее навязчивая идея — будто нам обязательно вселят какую-нибудь семью. Она прожужжала мне все уши, просто сил нет. Это у нее от матери, та была точно такая же. В четырнадцатом году она добормоталась до того, что действительно началась война. Ужас!

Все осматривают комнату.

Э д у а р д. Великолепно! Но я не знаю, зачем мы стараемся? Грозит девальвация: один к двадцати.

Е к к е л ь. Об этом болтают в общественных сортирах.

Э д у а р д. Это мое любимое место. Они еще опомнятся. Еще скажут спасибо, если им позволят хотя бы сортиры чистить.

Е к к е л ь. Когда придет господин Швертфегер, вы этот тон лучше бросьте. Для него главное — приличие. Говорят, однажды он отказался от сделки только из-за того, что его партнер за обедом поднес к губам нож.

Э д у а р д (с горечью). Хорош гусь! У человека десятки тысяч.

Н о й м а н. Господину Швертфегеру пора бы появиться.

Звонок.

Господин Швертфегер! (Выбегает.)

Оба господина встают. В комнате появляется  д о р о д н ы й  г о с п о д и н, сопровождаемый  Н о й м а н о м.

(Представляет.) Господин Ладентин, первый наш экспедитор. Господин инженер Еккель, подземное и наземное строительство. Господин Швертфегер. С минуты на минуту должен появиться Боббе — добрый дух из экономического управления.

Ш в е р т ф е г е р (после паузы). Это хорошо, я тороплюсь.

Н о й м а н. Договоры ожидают вашей подписи.

Ш в е р т ф е г е р (усаживаясь). Уютное местечко.

Н о й м а н. Здесь сиживал еще мой дед.

Все садятся. Швертфегер достает очки и бумаги.

Ш в е р т ф е г е р. К делу. Вы — экспедитор? Гарантируете ли вы бесперебойную работу транспорта?

Э д у а р д. Нет.

Н о й м а н. Полагаю, счастливое завершение сделки даст нам основание надеяться на лучшее. Позвольте, господин Швертфегер, по этому поводу стаканчик довоенного?

Ш в е р т ф е г е р. Благодарю. Но я не пью, ни капли. Принципиально. Не выношу спиртного.

Н о й м а н. Тогда поздравим друг друга просто так.

Э д у а р д. Вам что! Вы сидите дома и в ус не дуете. А мои грузовики ездят по дорогам. Завтра я без официальных документов ни одной машины не выпущу.

Н о й м а н. Эдуард, я же сказал: придет Боббе. Больше мне добавить нечего.

Пауза. Господин Швертфегер снимает очки.

Ну, право же, у господина Швертфегера может сложиться впечатление, будто мы не в состоянии гарантировать спокойное и нормальное ведение дела.

Э д у а р д. Но они же — не идиоты. Уже четыре недели я твержу представителям городского управления, что мои грузовики в ремонте. А чего ради? Еще неизвестно, кто больше заплатил бы. И я снова мог бы спать спокойно. (Громко.) А ты лезешь ко мне с твоими дурацкими советами.

Ш в е р т ф е г е р (приподнимаясь). Я привык, чтобы мои партнеры хотя бы элементарно соблюдали приличия.

Н о й м а н. Господин Швертфегер, это его больное место. Он сам малюет на стене черта и сам же его пугается.

Е к к е л ь. Вот именно.

Н о й м а н. Пусть господин Швертфегер скажет, как он расценивает политическое положение в Халле.

Ш в е р т ф е г е р. Реалистически.

Н о й м а н. Ну вот. Долго все это не продержится.

Е к к е л ь. Нам нужен добровольческий корпус.

Ш в е р т ф е г е р. Нам нужно сохранять достоинство. Вы читали Дамашке? Мироощущение немца социально. Таков принцип. Но натура немца восстает против уравниловки в любой форме. В результате: высокая поглощающая способность рынка, обусловленная разрухой, с одной стороны, и здоровый дефицит во всех сферах — особенно на товары широкого потребления и стройматериалы, — с другой.

Е к к е л ь. Простите, а русские?

Ш в е р т ф е г е р. Знаете, что погубило Христа? Библия. Он придерживался догмы.

Н о й м а н. Русские тоже придерживаются, не так ли, Эдуард?

Ш в е р т ф е г е р. Вот вам пример. Они против нацистов. Я тоже. С маляром я дел не имел. Этот тип слишком громко орал.