Драмы и секреты истории полностью

Если Жанна Девственница, которая не носила никакой фамилии,и в самом деле была дочерью бедных пахарей, как об этом твердят благонамеренные французские историки, приходится допустить, что все эти представители надменной феодальной знати, кичившейся своим происхождением, не страшились мезальянсов.

Но что бы там ни говорилось в детских сказках, короли никогда не женились на пастушках.

Вот первое замечание, которое необходимо сделать с самого начала: официальная дата казни была произвольно установлена впоследствии, как для рождения и смерти Иисуса, чтобы покончить с вызывающими неудобство расхождениями.

Теперь, конечно, принимают дату 31 мая 1431 г. Однако английские летописцы Уильям Кэкстон, Полидор Виргилиус заверяют, что казнь состоялась в феврале 1432 г. Отметим, однако, что такая разница не следует никоим образом из того, что в те времена год начинался на Пасху. Итак, французские летописи говорят о 1431 г., английские – о 1432 г. Весьма существенное противоречие!

Так же обстоит дело с числом и месяцем. Президент Эно (1685–1770), суперинтендант в штате королевы Марии Лещиньской, которая очень сердечно относилась к нему, получил, наряду с Шереном, доступ к самым тайным архивам Короны. В своих "Мемуарах"он называет дату казни – 14 июня 1431 г. Жан де Серр, брат Оливье де Серра, которого Генрих IV назначил историографом Франции, в своем "Обзоре истории Франции"(1597) сообщает о том, что это событие имело место б июля 1431 г.

Что еще удивительнее, в рукописи Дома Гренье о Пикардии, принадлежащей Национальной библиотеке, содержится "Летопись"за 1492 г., составленная Жаном де Ла Шапеллем. Так вот, этот автор уверяет, что, прежде чем предать ее огню, Девственнице отрубили голову.

Читатель согласится, что с самого начала во всей этой истории с сожжением Жанны имеется много неясностей.

Не меньше их и в дальнейшем. Судите сами.

В рукописи монсеньора Пьера Кош она, хранящейся в библиотеке Национального собрания, мы находим следующее воспроизведение приговора, вынесенного Жанне:

"Тем не менее, поскольку, как мы только что отметили, ты дерзновенно погрешила против Господа и его святой церкви, мы, судьи, чтобы ты могла предаться спасительному покаянию, со всем нашим милосердием и умеренностью осуждаем тебя окончательно и бесповоротно на вечную тюрьму,хлеб страдания и воду тоски так, чтобы ты могла там оплакивать свои грехи и больше не совершала таких, которые пришлось бы оплакивать".

Вот уже нечто, способное нарушить покой сколько-нибудь наблюдательных умов. Ведь одна из аксиом древнейшего права заключается в том, что к факту, по которому вынесен приговор,уже не возвращаются. Вот почему уже кажется подозрительным появляющийся в конце концов костер. Но протокол,то есть документы самого руанского процесса в их подлинном виде, давно уже исчез.

Пьер Кошон затратил шесть лет на то, чтобы переписать их заново и no-латыни. Чего ради? Что именно подлежало уничтожению в оригиналах протокола? Опять же текст, находящийся в Англии, отличается от того, которым располагает Франция.

Согласно народной молве, Жанна не была казнена. Ее подменили другой заключенной. Молва эта была такой настойчивой, что Парижский университет ввиду отсутствия юридических документов распорядился начать расследование против Кошона, поскольку его действия казались подозрительными. И ему – Кошону – пришлось погрузиться в целый океан юридических хитросплетений, чтобы доказать, что никаких нарушений закона совершено не было, как не было ни сделок, ни подтасовок. Но ему пришлось нелегко. Ибо в те времена Парижский университет был высшей богословской инстанцией церкви во Франции, церкви, выносившей свои решения после совместных обсуждений.

Англичанин Уильям Кэкстон, родившийся в 1422 г. в графстве Кент, в своей "Летописи Англии"в 1480 г. заявляет, что во время поездки ко двору герцога Бургундского он узнал, что Жанна Девственница провела в заключении девять месяцев после сцены сожжения на костре в Руане. Он не называет замка, в котором она содержалась, но его название мы скоро откроем.

По-прежнему оставаясь в пределах документов, содержащихся в различных архивах Англии, отметим в статье Жана Гримо, напечатанной в Пари-Пресс-л'Энтрансижанот 26 ноября 1952 г., вскоре после того, как вышла его же книга "Была ли сожжена Жанна д'Арк?", чрезвычайно любопытное место, в котором говорится то же, что и в различных древних откликах английского происхождения.