В наше время о древнем, добиблейском мировоззрении евреев известно очень мало. Исследователи могут опираться лишь на немногочисленные канонические тексты и письменные источники соседних народов. Благодаря этой книге вы узнаете о том, как древние евреи верили в ежегодную битву бога-громовержца с морским чудовищем Левиафаном. Познакомитесь с культом богини Ашеры и представлениями евреев о загробном мире Шеоле. И наконец, разберетесь в том, как все эти мифы были переосмыслены и позже нашли отражение в библейских преданиях об изгнании из рая, Всемирном потопе и Вавилонском столпотворении.
Научный редактор Анна Луппова
Вогман, Михаил
Древнееврейские мифы. От Левиафана и богини Ашеры до разбитых скрижалей и Иова / Михаил Вогман; [науч. ред. А. Луппова]. — Москва: МИФ, 2025. — (Мифы от и до).
ISBN 978-5-00214-758-8
© Вогман М., 2025
© Оформление. ООО «МИФ», 2025
Данная книга — первая часть дилогии, посвященной месту и судьбе мифологического в истории еврейской цивилизации. Она рассматривает материал, связанный со становлением библейской религии: переход от архаической мифологии к историческому и нравственному мышлению и — одновременно с этим — мифологические элементы, продолжившие существовать в рамках этого мышления. Первоначально предполагалось уместить под одной обложкой всю трехтысячелетнюю историю взаимодействия евреев и мифа, однако в итоге проект был разделен на две части, лишь первую из которых вы держите сейчас в руках. Над второй частью — «Мифы в иудаизме и каббале» — я продолжаю работу в настоящий момент.
Эта дилогия подытоживает 40 лет моей биологической жизни — и, кроме того, 25 лет жизни интеллектуальной. В ней я сложил своего рода собственный миф — миф о еврейском мифе, или, точнее, о вечной борьбе евреев с мифом. Как и положено мифу, он имеет для меня и личный, эмоциональный смысл. Знакомство с еврейской цивилизацией — прежде всего, с раввинистической Аггадой и с хасидскими преданиями — открыло мне совершенно новую перспективу на миф. Все эти тексты, хотя и разговаривали мифологическим языком, использовали его для совершенно иных целей — пропаганды единобожия, нравственности и соблюдения заповедей Торы. От этого старые мифологические мотивы в их руках приобретали новую пластичность, звучали как некое парадоксальное открытие, вспарывающее, высмеивающее, травестирующее саму природу мифического.
Все эти годы я пытался выявить и описать ту «деконструкцию», которую раввинистический комментарий проделывает с архаическим мифом, одновременно заимствуя его язык. Лишь в этой дилогии я возвращаюсь к вопросам мифа, волновавшим меня в юности, чтобы снова взглянуть на них — однако теперь уже в свете того, что я выучил о еврейской цивилизации и как бы «из» нее. Таким образом, как эта книга, так и ее планируемая вторая часть — это не только и не столько сборник тех или иных отдельных мифологем, сколько приглашение к размышлению о том, что такое миф вообще (и «еврейский миф» в частности) и какие альтернативные взгляды на него могут существовать.
Миф в любом случае дан нам как прежде всего миф архаический — принадлежащий к глубокой, доклассической древности человечества. Европейская наука всегда была знакома с древнегреческой мифологией — пусть даже в позднейших изложениях, — а впоследствии обогатилась за счет данных иных древних словесностей и этнографических сведений о народах, которые избежали переломов осевого времени и, в отличие от европейцев, не пошли путем Логоса[1] и модернизации. С Логосом связывают рациональное мировоззрение, пришедшее на смену мировоззрению мифологическому. Таким образом, предполагается, что на определенном этапе своего развития все человечество проходило через мифологический период, который затем был во многих культурах преодолен (хотя, как мы увидим в дальнейшем, лишь отчасти).
Архаический миф, образ которого складывается из упомянутых сравнительных данных, представляет собой прежде всего нарратив (рассказ). Именно конкретное, образное повествование, построенное вокруг определенного сюжета, становится основной формой самовыражения человечества в мифологическую эпоху — в отличие от многообразия форм речи и творчества в более поздних культурах. За таким повествованием стоят устойчивые представления, которые в нем выражаются и тоже могут быть названы мифологическими. Мифологические представления тесно связаны с космической религией — взаимодействием человека с силами природы, которые олицетворяются и мыслятся как самостоятельные индивидуальные существа (боги). В отличие от других видов рассказа, миф обладает высоким авторитетом — это рассказ значимый, а зачастую и сакральный.
