Это повлекло за собой наступление на позиции православной церкви со стороны и католиков, и протестантов. Пытаясь подорвать былой авторитет Киево-Печерской лавры в духовной истории русского народа, они вели борьбу на два фронта: протестанты подвергали сомнению святость печерских святых и совершенные ими чудеса; католики усматривали в чудотворной силе мощей печерских подвижников следование законам, установленным римской церковью, не считая Печерский монастырь национальным оплотом религии, исконно русской святыней. Поэтому первую печатную редакцию Патерика (1635 г.) Сильвестр Коссов снабдил приложениями, где полемизировал с теми, кто «ведет непотребную борьбу с русской церковью»[586]. В предисловии новый редактор Патерика отстаивал мысль о святости мощей печерских подвижников, приводя пространные цитаты из сочинений Григория Назианзина, Григория Нисского, Иоанна Златоуста и других отцов церкви. С. Коссов, как философ, ярче всего раскрывался в споре с противниками, объясняющими нетление мощей физическими причинами[587]. Как историк, он включил в Патерик тексты летописных произведений о крещении Руси, о первых русских князьях и митрополитах, чтобы доказать независимость русской церкви от западной. В порыве религиозно-поэтического экстаза он уподоблял Киевскую землю, богатую святынями, «полю, на котором произрастали и произрастают лилии чистоты, розы терпения», «родительнице ангелов земных», «воспитательнице воинов Христовых»[588].
Тесная связь Патерикона С. Коссова (в дальнейшем редакция СК) с современностью видна и в попытке редактора доказать законность поставления на киевскую митрополию Петра Могилы при жизни его предшественника, митрополита Исайи Копинского. Раскрывая религиозно-полемический характер новой редакции Патерика, В.Н. Перетц считал, что она защищала право населения Украины на национальное бытие[589].
Насильно насаждавшейся иноземной («новой») вере украинские просветители XVII в. противопоставляли православную («старую») веру, опираясь при этом на памятники литературы киевского периода. Полемику с западными схоластами-философами и риторами украинские писатели вели, используя средства своих противников: первое издание Патерика вышло на польском языке, его стиль отличается «красноглаголанием» и «хитрословием», что характерно для барокко. «Не одно стремление убедить в правдивости рассказа, не одна суровая назидательность должны были являться отличительною чертою повествования о героях религиозной легенды. Факт в нем только повод к морализации... отсюда и бледность рассказа вследствие обилия общих мест... Вместо повествования здорового, хоть и грубоватого, шедшего прямо к цели, какое-то расплывчатое нагромождение стилистических украшений, изысканных и сложных, отвечавших господствующему в изобразительном искусстве стилю барокко»[590].
148.
= 149.
